Меню блога

5 июня 2013 г.

Большие задачи малыми силами

 Игорь Ходаков
Чтобы вернуть военное присутствие в Мировом океане, необходимо вспомнить опыт «черных беретов»


«Ответный ход», «Одиночное плавание»… Эти советские фильмы-боевики когда-то наполнили энтузиазмом сердца сотен мальчишек, мечтавших надеть красивую черную форму морских пехотинцев. В рядах элитных подразделений можно было выковать настоящий мужской характер, получить хорошую боевую подготовку и отдать два года интересной службе с перспективой побывать за границей, для многих наших соотечественников, особенно парней из глубинки, тогда недоступной…

В начале нового тысячелетия российское руководство продемонстрировало решимость вернуть свое военно-политическое присутствие в ряде регионов мира, некогда являвшихся сферой геополитических интересов Советского Союза. Кремль не ограничился декларативными заявлениями, осуществив практические шаги в данном направлении.


Вот только несколько примеров. В 2007–2008 годах был предпринят поход в Атлантику и Средиземное море группировки Северного флота во главе с авианесущим крейсером «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов», осуществлено боевое дежурство российских кораблей у берегов Африканского Рога, проведены в Индийском океане российско-индийские учения «Индра-2009».

В этой связи, несомненно, у многих возникает резонный вопрос: нужна ли России игра мускулами в Мировом океане в условиях серьезнейших проблем, переживаемых и страной, и ее Вооруженными Силами?

Нам представляется актуальным изучение наиболее успешных операций с участием «черных беретов» в период холодной войны в контексте анализа военно-политической ситуации в странах, где они высаживались. Приведем только несколько примеров действий советской морской пехоты за границей.

У берегов Египта

В 1955 году лидер Египта Абдель Насер добился вывода из страны британских войск и взял курс на сближение с СССР. Впервые у Москвы появилась реальная возможность установить свое влияние на Ближнем Востоке, что нашло отражение прежде всего в военно-техническом сотрудничестве с Каиром: поставки советского вооружения осуществлялись в страну пирамид через Чехословакию.
Большие задачи малыми силами
Перевооружив армию, Насер объявил в 1956 году о национализации Суэцкого канала, фактический контроль над которым осуществляли финансовые круги Франции и Великобритании. Примечательно, что на столь радикальное решение египетского президента подвиг отказ США финансировать строительство жизненно важной для Египта Асуанской плотины.
В ответ Великобритания, Франция и Израиль подписали соглашение о проведении операции под кодовым названием «Мушкетер». Попытка ее осуществления вызвала протест СССР и неудовольствие США – европейские державы не поставили своего заокеанского союзника в известность о предстоящих боевых действиях против Египта.

В конечном итоге дипломатическими усилиями Кремля и Белого дома агрессия против Египта была остановлена, а израильские войска выведены с оккупированного ими Синайского полуострова.

Однако спустя десятилетие отношения между Каиром и Тель-Авивом обострились вновь: в июне 1967 года между двумя странами вспыхнула война. Израильтяне нанесли поражение египтянам и вновь заняли Синай. Кремль отреагировал предельно жестко, разорвав 10 июня 1967 года дипломатические отношения с Тель-Авивом и отправив оперативную эскадру Черноморского и Северного флотов к берегам Египта.

В Порт-Саид вошли советские десантные корабли, высаженный с них отдельный 309-й батальон морской пехоты Черноморского флота занял оборону во втором эшелоне египетской армии, существенно укрепив ее позиции: израильтяне прекратили обстрел прилегающей к Порт-Саиду территории.

С 1967 года и вплоть до окончания арабо-израильской войны в 1973-м основным местом базирования ВМФ СССР в этом регионе был Порт-Саид. Перед советской морской пехотой стояла задача: прикрытие Порт-Саида, Порт-Фуада и Суэцкого канала с моря. Кроме того, в случае поражения египетской армии (а по своим боевым качествам она уступала Армии обороны Израиля) «черные береты» должны были осуществлять охрану и эвакуацию советских военных советников.

Не прошло и десяти лет, как тлеющий на Ближнем Востоке конфликт разгорелся с новой силой: в 1973 году началась война Судного дня. Израильские танки пересекли Суэцкий канал, на этот раз подразделений советской морской пехоты не оказалось в зоне боевых действий – предназначенный для высадки в районе Порт-Саида полк находился в тот период в Севастополе.

В этой ситуации главком ВМФ отдал приказ сформировать на кораблях 5-й Средиземноморской оперативной эскадры отряды добровольцев для действий на берегу. Однако высадка импровизированных подразделений «черных беретов» на западном побережье Суэцкого канала не понадобилась – уже 21 октября ввиду безоговорочного поражения арабов президент Египта Анвар Садат обратился к советскому руководству с просьбой о посредничестве для заключения перемирия.

Операции в Могадишо и Массауа

Спустя четыре года после описанных событий началась война между Эфиопией и Сомали. Парадокс ситуации в том, что обе воюющие стороны являлись союзниками СССР. В Сомали президент Сиад Барре решил строить социализм путем причудливого сочетания марксистских идей с исламом. Причудливого еще и потому, что социализм, по крайней мере в теории, возникает на руинах капитализма и представляет собой завоевание рабочим классом политической власти.

Пролетариат же в Сомали практически отсутствовал, а большинство населения страны вело кочевой образ жизни. Однако теория теорией, а на практике решительный и энергичный Барре добился немалых экономических успехов, особенно в традиционной для Сомали легкой промышленности, был взят курс на ликвидацию неграмотности, побеждена оспа.

В области внешней политики Барре активно сотрудничал с СССР, особенно в военной сфере, в 1972-м Могадишо посетили председатель КГБ Юрий Андропов и министр обороны маршал Андрей Гречко. Следствием переговоров стало предоставление в аренду Москве военно-морской базы в районе города Бербера, стратегическое значение которой трудно переоценить – она расположена вблизи от основных нефтедобывающих стран.

Советские специалисты построили в Бербере современнейший для своего времени аэродром, способный принимать тяжелые сверхдальние самолеты. Кроме того, в порту появились узел связи, станция слежения, хранилище для тактических ракет. В том же году Барре нанес ответный визит в Москву.

И продолжало бы сотрудничество Кремля и Могадишо успешно развиваться и дальше, если бы не революция в соседней Эфиопии, приведшая к свержению монархии и захвату власти военными во главе с полковником Менгисту Хайле Мариамом, также изъявившим желание строить социализм.

Вот тут-то возникла проблема. Дело в том, что Барре был сторонником идеи Великого Сомали и претендовал на провинцию Огаден, входившую в состав Эфиопии. Как и любая революция, эфиопская сопровождалась смутой и междоусобной войной, чем и решило воспользоваться сомалийское руководство, захватив вожделенную провинцию.

Кремль оказался перед непростой дилеммой: кому помогать? Позиции Мариама в Эфиопии первоначально были не столь прочны, его противником выступил генерал Абате Атнафу – последовательный сторонник США. Разумеется, Москва поддержала Мариама и одновременно попыталась примирить Сомали и Эфиопию. Барре на словах был обеими руками «за», но, опираясь на сформулированный Владимиром Лениным принцип самоопределения наций, заявил, что Аддис-Абеба обязана предоставить право жителям Огадена самим решать свою судьбу.

Менее знакомый с трудами классиков марксизма Мариам с таким справедливым предложением не согласился. Тогда в Могадишо решили прибегнуть к силе. И ввиду того, что агрессивной стороной оказались сомалийцы, Москва сочла необходимым поддержать Эфиопию. Благодарный Мариам предоставил в распоряжение СССР военно-морскую базу в Массауа.

Разумеется, это вызвало неудовольствие Барре, потребовавшего от советских граждан в кратчайшие сроки покинуть Сомали. Городок, где жили наши соотечественники и их семьи, оказался окружен разъяренной толпой. Сомалийские военные не гарантировали безопасность советских граждан, которых нужно было не только защитить, но и эвакуировать.
Барре запретил советским кораблям приближаться к берегам Сомали, однако командование несшей службу в Индийском океане 8-й оперативной эскадры проигнорировало этот запрет, более того, корабли были приведены в боевую готовность на глазах у подразделений сомалийской армии, а морпехи стали открыто готовиться к десантированию.

Тем временем в городке отключили электричество, в магазинах нашим соотечественникам отказывались продавать продукты питания, когда же советские самолеты были готовы приземлиться в столичном аэропорту, сомалийцы отключили посадочные огни. И тогда в Могадишо был переброшен десант морской пехоты с одним плавающим танком ПТ-76 и двумя бронетранспортерами БТР-60: силы незначительные, но и их оказалось достаточно для благополучного проведения эвакуации – без жертв и серьезных происшествий.

Впрочем, это не должно вызывать удивление, ибо, по словам историка советского Военно-морского флота Александра Розина, «командование сомалийской армии знало, на что способны советские морпехи, не понаслышке. Еще в сентябре-октябре 1972 года в ходе совместных учений в районе порта Буляхар (западнее Берберы) советская морская пехота Тихоокеанского флота с ходу прорвала после десантирования подготовленную противодесантную оборону сомалийских войск и, совершив 80-километровый марш в условиях пустыни, вышла к порту Бербера. На учениях присутствовал и министр обороны Сомали генерал Самантар. Поэтому в ноябре 1977 года после высадки десанта в Могадишо сомалийцы не пытались противодействовать нашим морякам и ни во что не вмешивались».
Конфискованное сомалийцами советское имущество также благополучно эвакуировали. Таким образом, небольшое подразделение морпехов не позволило численно превосходящим силам сомалийской армии и разъяренной толпе местных жителей довести дело до кровопролития и завладеть дорогим оборудованием.

С Массауа все было сложнее – «черным беретам» пришлось войти в боевое соприкосновение с противником. Суть проблемы заключалась в следующем: помимо территориального спора с Сомали эфиопскому руководству приходилось бороться с эритрейскими сепаратистами, выступавшими за создание независимого государства и считавшими предоставленный в распоряжение советских ВМС порт своей территорией. Воспользовавшись войной Эфиопии с Сомали, летом 1978-го отряды Народного фронта освобождения Эритреи подошли к Массауа.
Советское командование приняло решение высадить в этом порту усиленную роту 55-й дивизии морпехов Тихоокеанского флота под командованием Вячеслава Ушакова. Ей и пришлось вступить в бой с повстанцами, при этом наши десантные корабли оказались в зоне действия огня эритрейцев. Это не позволило выгрузить на побережье дополнительное количество техники. Тем не менее благодаря высокому уровню боевой подготовки и слаженности действий вновь обошлось без потерь с нашей стороны и порт был удержан. Отметим, что в защите Массауа приняли участие морпехи не только Тихоокеанского (из его кораблей состояла 8-я оперативная эскадра), но и Балтийского флота.

Учение как предупреждение Пекину

В 1979 году вспыхнул еще один конфликт между соцстранами: КНР развязала войну против Вьетнама. Хорошо подготовленная и имевшая колоссальный боевой опыт, полученный в ходе длительных войн с французами и американцами, оснащенная советским оружием, вьетнамская армия остановила агрессора, не позволив ему продвинуться в направлении Ханоя и Хайфона.
В скором времени Пекин пошел на заключение перемирия. Одной из причин подобного шага китайского руководства стала жесткая позиция СССР, который привел в боевую готовность ракетные войска и 44 дивизии, развернутые на 4500-километровой границе с Поднебесной.
Для нас же важно то, что на границе с Китаем было проведено тактическое учение с боевой стрельбой развернутого по штатам военного времени 390-го полка морской пехоты 55-й дивизии. Иными словами, «черные береты» в случае дальнейшей эскалации китайско-вьетнамского конфликта готовы были принять участие в боевых действиях на стороне последнего.

Сейшелы: оперативно и эффективно

В 1981 году на дружественных и стратегически важных для СССР – в силу их расположения между Индией и Африкой – Сейшельских островах под руководством спецслужб ЮАР была предпринята неудачная попытка государственного переворота. Сразу после этого в столицу страны порт Виктория вошли советские боевые корабли, на борту которых находились подразделения морской пехоты, готовые высадиться в случае необходимости и поддержать сейшельскую армию – сохранялась угроза, что Претория предпримет еще одну попытку свержения правительства Франса-Альбера Рене.

Остановимся подробнее на причинах пристального внимания Кремля к маленькому островному государству. Порт Массауа в Эфиопии, как мы уже убедились, вследствие военного конфликта с Сомали и борьбы с эритрейскими повстанцами не был надежным пунктом базирования и обеспечения материально-технических потребностей 8-й оперативной эскадры. Экипажи кораблей и судов нуждались в более надежной базе. И Сейшелы в этом плане подходили идеально.

Введение советских войск в Афганистан привело к новому витку холодной войны. Это нашло выражение и в проведенных американцами весной 1980-го маневрах в Индийском океане с участием подразделений морской пехоты.

Разумеется, советское руководство решило адекватно ответить на вызов вероятного противника и приказало командующему 8-й оперативной эскадрой контр-адмиралу Михаилу Хронопуло провести учения с участием «черных беретов», что и было осуществлено уже в мае 1980 года. По словам президента Всероссийской общественной организации морских пехотинцев «Тайфун» генерал-лейтенанта Павла Шилова, на остров Сокрота были высажены две усиленные десантные группы численностью 700 человек, а через две недели – еще одна при поддержке вертолетов и плавающих танков под командованием Павла Шилова – тогда еще молодого лейтенанта.

Значение этого учения со стратегической точки зрения трудно переоценить: наши моряки и морские пехотинцы продемонстрировали способность оперативно и эффективно решать самые сложные задачи вдали от советских берегов. Американцы же убедились: несмотря на всю мощь своих ВМС, они далеко не хозяева в Индийском океане.
И вновь возвращаемся на Ближний и вечно «горячий» Восток. Непосредственно перед очередной арабо-израильской войной 1982 года советские морпехи побывали в Сирии – в составе 5-й Средиземноморской эскадры. В ходе советско-сирийских учений тактическая группа морской пехоты ВМФ СССР под командованием подполковника Абашкина успешно провела высадку десанта в незнакомой местности – в районе города и пункта базирования ВМС Сирии Латакия. А затем наши «черные береты» продвинулись в глубь территории и подавили сопротивление условного противника.

И снова Ближний Восток

Эти учения продемонстрировали готовность и способность СССР, как и десятилетия назад в Египте, отстаивать свои стратегические интересы в регионе с помощью небольших, но хорошо подготовленных подразделений. Казалось, вскоре им вновь придется вступить в бой: 6 июня 1982 года в южный Ливан, на территории которого располагались отряды Организации Освобождения Палестины, вторглись израильские войска.

После начала военных действий в Ливане высадились американские морские пехотинцы. В свою очередь сирийский президент Хафез Асад обратился к советскому руководству с просьбой перебросить в Бейрут подразделения советской морской пехоты. Однако по ряду причин этого не произошло, впрочем, советские дипломаты заявили американским коллегам, что не допустят изменения баланса сил в регионе в пользу США и Израиля. И перспективы высадки в ливанской столице советских «черных беретов», думается, были весомым аргументом в этом диалоге. Так или иначе, но в 1983 году израильские войска покинули Ливан.
В 1986-м заполыхала кратковременная, но кровопролитная гражданская война в Народной Демократической Республике Йемен, весьма болезненно воспринятая в СССР, что неудивительно. 

Во-первых, НДРЙ была наиболее надежным союзником Кремля в арабском мире. Недаром после потери аэродромов в Сомали в НДРЙ перевезли всю технику, а эвакуированный из Берберы радиоцентр (космическая связь) разместили на полуострове Малый Аден.

Во-вторых, у советского руководства были грандиозные планы военного сотрудничества с президентом этой страны Али Насером Мухаммедом. В частности, планировалось построить в Аденском заливе три плавпричала для атомных подводных лодок, что существенно укрепило бы позиции 8-й оперативной эскадры, а также позволило бы в более жесткой форме отставить стратегические интересы СССР на Африканском Роге. Впрочем, все эти планы рухнули с началом перестройки.

Тогда же, в 1986-м, морпехам пришлось принимать участие в поисках и эвакуации советских специалистов и их семей из Йемена. Задача затруднялась хаосом в стране и тем, что многие наши соотечественники спасались самостоятельно, причем под огнем противоборствующих сторон. Но опять же, благодаря высокой выучке «черные береты» не понесли потерь (среди специалистов и военных советников жертвы, к сожалению, были).

Итак, мы коснулись только некоторых, но наиболее ярких операций советской морской пехоты в годы холодной войны. С тех пор многое изменилось, но по-прежнему нет мира на Африканском Роге. А полыхнувшая огнем гражданской войны в Сирии и Ливии, политическим хаосом и беспорядками в Египте «арабская весна» превратила Средиземноморье в пороховой погреб. В этих условиях, если мы всерьез желаем вернуть свое военное присутствие в Мировом океане, хорошо подготовленные и мобильные соединения морской пехоты нам просто необходимы, равно как обязательно надо изучать опыт проведенных ими операций – практически всегда блестящих и практически всегда без потерь.

Источник

2 коммент. :

  1. Да, было время-были мужики...

    ОтветитьУдалить
  2. Анонимный6 июня 2013 г., 22:03

    Кроме мужиков в чёрных беретах, были мужики, готовые принимать резкие решения, а не мямлить про "коллег из НАТО". И при нужде забивавшие на "мировое сообщество" и решавшие свои проблемы не оглядываясь, чтомол, там скажут в "демократическом мире"

    ОтветитьУдалить

Для того, чтобы ответить кому-либо, нажимайте кнопку под автором "Ответить". Дополнительные команды для комментария смотрите наведя мышку на надпись внизу формы комментариев "Теги, допустимые в комментариях".

Тэги, допустимые в комментариях