Меню блога

1 июля 2013 г.

Взлет и падение советской стратонавтики. 1933-1934


СССР-1 — стратосферный аэростат, построенный в Советском Союзе.
Г. А. Прокофьев, К. Д. Годунов и Э.К. Бирнбаум в гондоле «СССР-1», 1933 год.


30 сентября 1933 стратостат совершил рекордный подъем на высоту 19 км с экипажем в составе: Бирнбаум Э. К., Годунов К. Д., Прокофьев Г. А.

19 января 1932 года в Москве председатель Гидрометеорологического комитета РСФСР Н. Н. Сперанский созвал первое заседание по изучению стратосферы. На этом заседании был заслушан доклад метеоролога В. И. Виткевича о задачах изучения стратосферы и образована Комиссия по изучению стратосферы под его председательством. Первое заседание Комиссии состоялось 22 января. На нем был намечен план работ, включавший также постройку стратостата для подъема с людьми на высоту 20—25 км. Члену комиссии М. Н. Канищеву было поручено разработать проект стратосферного аэростата.



В субботу, 30 сентября в 8.40 командир Г.А. Прокофьев на аэродроме в Москве перед стартом, Россия 1933 год.

Работу по созданию стратостата возглавил командир Отдельного воздухоплавательного дивизиона Г. А. Прокофьев. В проектировании и постройке принимали участие Отдел воздухоплавания ГК НИИ ВВС, кафедра воздухоплавания Военно-воздушной академии им. Профессора Н. Е. Жуковского, Научно-исследовательский институт резиновой промышленности и другие организации.

Командир стратостата Прокофьев делает последнюю проверку стратосферного оборудования, Москва, 30 сентября 1933.

Запуск стратостата состоялся в Подмосковье 30 сентября 1933 года в 08 часов 40 минут. Достигнув рекордной высоты, в адрес ЦК ВКП(Б), Реввоенсовета, Совнаркома стратонавты направили радиограмму:
ЦК ВКП(б) - тов. СТАЛИНУ
Реввоенсовету - тов. ВОРОШИЛОВУ
Совнаркому СССР - тов. МОЛОТОВУ.
Экипаж первого советского стратостата выполнил поставленную перед ним задачу и сообщает о благополучном завершении подъема стратостата "СССР" на высоту 19000 м (по приборам). Экипаж готов к дальнейшей работе по овладению стратосферой.
Командир стратостата "СССР" Прокофьев. Пилот Бирнбаум. Инженер Годунов.

Когда последняя проверка была выполнена, экипаж поднялся на борт, Москва, 30 сентября 1933.

В тот же день около 17 часов стратостат приземлился около Коломенского завода. Специально сформированная комиссия зафиксировала мировой рекорд высоты. Постановлением Президиума ЦИК СССР от 14 ноября 1933 года все организаторы и участники полета были награждены орденами. Ордена Ленина получили члены экипажа стратостата Г.А. Прокофьев, К.Д. Годунов, Э.К. Бирнбаум, а также С.Л. Марголин, В.А. Чижевский, И.Г. Моисеев, Е.Н. Кузина, участвовавшие в постройке «СССР-1»:

Незадолго до взлета стратостат проходит тщательное обследование, 30 сентября 1933

В 1930 году несколько талантливых инженеров Ленинградского отделения ОСОАВИАХИМ загорелись идеей построить новый стратостат для покорения рекордных для того времени высот. Однако из-за финансовых трудностей в советской России непосредственная работа над проектом началась только в конце 1932 года. Главным конструктором стратостата назначили Васенко, а руководителем работ — опытного инженера Чертовского.

В июне 1933 года оболочка «Осоавиахим-1» была доведена в объёме до 24940 м³. В августе того же года готовый стратостат осмотрела комиссия Гражданского воздушного флота под руководством Спасского и, несмотря на то что люк кабины признали неудовлетворительным по возможности его закрывать, допустила летательный аппарат к эксплуатации.

П. Ф. Федосеенко. 1933 г.

Для проведения научных опытов и наблюдений стратостат «ОАХ-1» оснастили лучшими на то время приборами, созданными в Главной геофизической обсерватории, часть оборудования подготовили в Радиевом и Физико‑техническом институтах. Институт экспериментальной биологии ходатайствовал, чтобы в стратосферу взяли мушек-дрозофил. Первоначально старт «Осоавиахима-1» был назначен на 30 сентября 1933 года, но метеоусловия заставили повременить с полетом. Из-за неулучшающейся погоды полет стратостата по решению Центрального совета Осоавиахима отсрочили до теплых дней весны 1934 года. Научную аппаратуру гондолы демонтировали и отправили в Ленинград, оболочку «Осоавиахим-1» сложили и убрали в чехол.

А.Б.Васенко

Осенью в беседе с журналистами командир стратостата «СССР-1» (который незадолго до этого достиг отметки в 19000 метров) Прокофьев сделал революционное заявление, что он и его экипаж готовятся повторить рейд в стратосферу, не дожидаясь наступления тепла, — зимой.

И.Д.Усыскин

Это побудило Павла Федосеенко подать рапорт в Центральный совет Осоавиахима с предложением осуществить полет зимой. ЦСО дал добро, и испытатели стали готовиться к полету. Несмотря на все усилия членов Осоавиахима, подготовить полёт в 1933 году не удалось, и его вновь перенесли на январь 1934 года.

28 января 1934 года «Осоавиахим-1» был доставлен к месту старта в Кунцево. Полёт было решено посвятить XVII съезду компартии, который проходил в те дни в Москве, о чем члены экипажа дали ряд интервью и выступили по радио.

30 января 1934 года с 8.00 до 9.00 прошла завершающая предполетная подготовка «ОАХ-1» и было произведено окончательное взвешивание стратостата. Накануне к расчетному весу осоавиахимовцы добавили 180 килограммов балласта. Благодаря использованию маневренного и аварийного балластов стало возможным поднять полетный потолок до 20500 метров.

Стратостат «Осоавиахим» перед стартом. Москва. 30 января 1934 г.

По окончании предполетной подготовки «Осоавиахим-1» с экипажем в составе трёх человек: командира экипажа Павла Фёдоровича Федосеенко, бортинженера Андрея Богдановича Васенко и научного сотрудника Ильи Давыдовича Усыскина оторвался от земли.Это был первый в истории воздухоплавания зимний полет стратостата. Павел Федосеенко, который руководил подготовкой стратостата, был очень опытным советским аэронавтом, летавшим еще в Гражданскую войну и участвовавшим в полетах с Фридманом. Он считал, что риск зимнего полета был чрезвычайно велик.

Стратостат «Осоавиахим-1» незадолго до взлета, Россия 30 января 1934 года.

В 9.16 на земле принимают первую радиограмму «Осоавиахима-1»:
«Слушайте, слушайте! Говорит „Сириус“! Высота 1600 м. Прошли облака. Температура минус 3 градуса»

Все шло в расчётных пределах, риск обледенения был минимален.

В 9.56 экипаж «ОАХ-1» передает вторую радиограмму:
«Говорит „Сириус“! Высота 15000 м по альтиметру. Ведём непрерывные наблюдения космических лучей. Взяты три пробы воздуха. Внизу сплошная облачность. Определить направление невозможно.»

В 10.14 следующее сообщение:
«Говорит „Сириус“! Высота 19000 метров!»

Аэронавты достигли рекордной высоты, установленной на «СССР-1». Подъём продолжался, несмотря на выявленную неполадку: сбои поглотителя углекислоты и влаги.

Затем были получены сообщения:
«Говорит „Сириус“! У микрофона командир стратостата Федосеенко. Штурмуем высоты двадцатого километра» и «Говорит „Сириус“! Время сейчас 11.16. Высота по альтиметру 20 500 метров.» «Осоавиахим-1» установил новый мировой рекорд.

Потом были получены ещё несколько радиограмм, которые службы обеспечения полёта не могли разобрать полностью из-за низкого качества связи и сильных атмосферных помех:
«11.42. Говорит „Сириус“! Высота 20600 м. Слушайте, слушайте! Передаём радиограмму XVII съезду партии…»

«11.49. Говорит „Сириус“! Производим непрерывные наблюдения и опыты… для изучения космических лучей…»

«Алло! Говорит „Сириус“! Временно прекращаем прием и передачу, для того чтобы включить патроны для поглощения углекислоты…»
Это были последние радиосообщения, переданные «ОАХ-1».

Команда стратостата перед посадкой в гондолу.

Около полудня связь с пилотами «Осоавиахим-1» была утрачена, и о его судьбе ничего не было известно около пяти часов. Около 17 часов покореженная гондола была обнаружена в 16 км от станции Кадошкино Московско-Казанской железной дороги около деревни Потиж-Острог Инсарского района Мордовской автономной области]. Полет завершился катастрофой, все оборудование стратостата было разбито, члены экипажа погибли. Тщательное изучение дневников, бортжурнала и показаний приборов позволило по большей части установить картину катастрофы. Из записей, сделанных Васенко и Усыскиным, следует, что стратостат в 12.33 достиг рекордной высоты 22 000 метров и продержался на этой высоте около 12 минут, после чего начал плавное снижение.

Старт стратостата Осоавиахим-1, 30 января 1934 г.

Экипаж около трех минут держал открытым клапан, но прогретый солнечными лучами воздушный шар опускался чрезвычайно медленно. Лишь через 45 минут начался безостановочный, медленный, не внушающий никаких опасений спуск к Земле. Через час с четвертью стратостат, несмотря на то что пилоты выпустили значительное количество газа из оболочки, все еще находился на высоте около 18000 метров. Тем временем световой день подходил к концу и возникла опасность, что после заката резкое снижение обогрева аэростата Солнцем может привести к быстрому снижению подъемной силы газа в оболочке.

До высоты 17800 метров «ОАХ-1» снижался со скоростью 1 м/с, скорость не превышала расчетную. В бортовых журналах было отмечено, что на высоте 14300 метров была взята очередная проба воздуха за бортом. Однако скорость снижения нарастала, километром ниже она удвоилась. Пропорционально нарастанию скорости охлаждался и газ в оболочке шара.
За несколько минут до гибели Васенко записал в бортовом журнале:
«Альтиметр 13400 м. Время 16.05. Идем вниз. Солнце ярко светит в гондолу. Красота неза…»
«16.13,5 Альтиметр 12000 м.»

На высоте около 12000 метров температуры газа и наружного воздуха практически сравнялись, вследствие чего подъемная сила стратостата резко упала. Для спасения «Осоавиахим-1» экипажу необходимо было сбросить более 700 килограммов балласта. На борту же имелось 420 килограммов балласта, включая аварийный, но даже его экипаж сбросить не успел. Скорость снижения составляла уже 15 м/с и продолжала расти. Гондола с увеличивающимся усилием тянула за собой шар стратостата, и на высоте полтора-два километра от земли стропы оборвались. Экипаж в течение последних десяти секунд падения находился в беспорядочно вращающейся кабине, ударяясь о корпус и приборы. Выбраться наружу и воспользоваться парашютами в таких условиях было практически невозможно.

Осмотр комиссией места гибели стратостата.


Из донесения комиссии по расследованию катастрофы стратостата

1 февраля 1934 г.
НАРКОМВОЕНМОР — тов. ВОРОШИЛОВУ.
ЗАМ ПРЕД ОГПУ — тов. ЯГОДА.
"Докладываем, что к месту катастрофы, находящемуся в 13 километрах от ст Кодоскино, прибыли на лошадях в 16 часов 31/1. 

Копия донесения была направлена Г. Ягодой 1 февраля 1934 г. И. Сталину за № 50131.
Самое поверхностное следствие затруднялось полным отсутствием связи в районе катастрофы у селения ПОТИЖ-ОСТРОГ, суровой снежной погодой, наступившей темнотой, путанными, противоречивыми показаниями местного населения, а главное тем, что пока местные власти приступили, согласно указаний из Москвы, к сохранению в неприкосновенности картины катастрофы, местное население, проявив инициативу, сломало люк гондолы, вытащило наружу остатки трупов, мелкие остатки приборов и т. п. 

Улетевшую оболочку стратостата растащили по частям окрестные крестьяне. Общая картина по прибытии на место была такова, что только собрав по кусочкам трупы, обрывки бумаги и т. п. (на что потребовалось значительное количество времени) можно было составить то, о чем ниже сообщаем.

Три урны с прахом стратонавтов на Красной площади в Москве, 2 февраля 1934.

Трупы совершенно исковерканы. Больше всего изуродован ФЕДОСЕЕНКО, череп которого собрать не удалось. Подробный анализ трупов приводит к заключению, что команда погибла не от удушья или от других причин, а от сильного удара гондолы о землю. Отсутствие на участниках команды парашютов, закрытый люк и ряд других фактов указывают, что несчастье произошло для команды внезапно и застигло ее врасплох. Катастрофа произошла так молниеносно и неожиданно, что команда не успела сделать самого элементарного, т. е. открыть люк. Трупы приведены в порядок, собраны по частям, уложены в гробы и доставлены на станцию Кодоскино, где и погружены в вагон."

Десятки тысяч рабочих отдали дань памяти павшим героям. Красная площадь, Москве, 2 февраля 1934.

По официальному заключению причиной катастрофы стратосферного аэростата стало превышение предельной безопасной высоты полета для этого аппарата (около 20,5 км). Вследствие перегрева солнечным теплом оболочки произошел сброс объема газа, что затем сказалось на скорости спуска. Снижение происходило слишком быстро, скорость падения стала критической, и на высоте около 2 км произошел отрыв гондолы от баллона. Дополнительными факторами, повлиявшими на исход полета, были слабое крепление гондолы, запутывание клапанный веревки и сложные условия полета. Комиссия также установила, что удар гондолы «Осоавиахим-1» о землю произошел в 16 часов 23 минуты.
Все члены экипажа «ОАХ-1» были посмертно награждены орденом Ленина (впервые в СССР — посмертно).

И. В. Сталин и В. М. Молотов на похоронах экипажа «Осоавиахим-1». 2 февраля 1934 года

Урны с прахом героев были захоронены в Кремлёвской стене лично Климентом Ворошиловым, Иосифом Сталиным и Вячеславом Молотовым.
На месте падения стратостата поставлен обелиск, установлен памятник в Саранске.

Траурные знамена на Красной площади во время похорон стратонавтов Федосеенко, Васенко и Усыскина. Москва. 1934 г.


Источник

1 коммент. :

  1. Молодцы, ребята!

    Не забывайте размещать ссылки на ваши статьи в Гугл+ в общедоступных кругах.

    ОтветитьУдалить

Для того, чтобы ответить кому-либо, нажимайте кнопку под автором "Ответить". Дополнительные команды для комментария смотрите наведя мышку на надпись внизу формы комментариев "Теги, допустимые в комментариях".

Тэги, допустимые в комментариях