Меню блога

11 декабря 2011 г.

Подразделения оказания идеологических противодействий - Часть 3


Это есть подразделения, предназначенные для распространения сознательно искажённых слухов и определённым образом заданных идей, предварительно сформулированных на государственном уровне, относительно чего либо или кого-либо реально существующего на данный момент либо способного возникнуть или заметно проявить себя ближайшее время, а также возбуждения в данной связи чего-либо вполне подходящего или весьма желательного в умонастроениях большинства представителей наиболее активных слоёв населения и всего общества в целом.





Организующий (Предписательный)
Своё начало берёт от государств, основанных представителями племён пастухов. (См. в ЧАСТИ 1)

Направляющий (Уведомительный)
Своё начало берёт от государств, основанных представителями племён разбойников. (См. в ЧАСТИ 1)

Агитационный (Мракобесный)
Своё начало берёт от государств, основанных представителями племён мошенников. (См. в ЧАСТИ 2)

Пропагандистский (Волюнтаристский)

Своё начало берёт от государств, основанных представителями племён приноравливателей. Делая основной свой упор на занятие земледелием, общины представителей таких племён ОКАЗЫВАЛИСЬ фактически ПРИВЯЗАННЫМИ К своим ЗЕМЕЛЬНЫМ УЧАСТКАМ. В ситуациях же прихода к ним каких-либо врагов, приноравливатели оказывались вынужденными ГРУДЬЮ ВСТАВАТЬ НА ЗАЩИТУ своих угодий - ведь уничтожение ещё несозревшего и неубранного урожая и многолетних садовых насаждений означало для каждого из них скорое наступление голодной смерти. Но демонстрируя свою готовность биться насмерть и скорее погибнуть, чем пропустить врага в свои земли, представители племён таких земледельцев чётко осознавали тот факт, что их противникам достаточно легко будет устраивать вытаптывания их угодий и пожары вокруг их полей, а так же разбрасывать поблизости от их селений источники всевозможных зараз (типа трупов падших животных), которые затем широко разносились вокруг всевозможными животными-падальщиками и распложавшимися мелкими грызунами. По этой самой причине общины селений племён приноравливателей оказывались СКЛОННЫМИ К ПРОЯВЛЕНИЯМ ГОТОВНОСТИ ДОГОВАРИВАТЬСЯ с вторгавшимися к ним воинствами и шайками чужаков каким-либо ПОЛЮБОВНЫМ ОБРАЗОМ - путём выражений согласия о добровольной отдаче являвшимся чужакам части чего-либо общественного в обмен на проявление теми ответной готовности немедленно убраться прочь в какие-либо другие места.

Но всё дело в том, что таких мест, население которых в обмен на получение гарантий предоставления им спокойствия было готовым соглашаться на добровольную отдачу вторгавшимся чужакам значительных частей чего-либо своего, в пределах крупных земных регионов оказывалось не так уж и много. С другой стороны в тесной связи с отмеченным фактом начинало появляться всё большее и большее количество шаек всевозможных разбойников и злодеев, которые узрев возможность относительно лёгкого отъёма различных материальных ценностей у представителей племён земледельцев, принимались вовсю этим пользоваться и СТРОИТЬ всю свою ДАЛЬНЕЙШУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В РАСЧЁТЕ НА ЛЕГКОВЕРНОСТЬ (или склонность верить другим людям на слово) со стороны последних. Шайки злодеев, ОБЛАЧАЯСЬ ВО ВСЁ ненастоящее и БУТАФОРСКОЕ (которое обходилось им гораздо дешевле, чем настоящее), ПРИНИМАЛИСЬ ИЗОБРАЖАТЬ из себя ГРОЗНЫХ ВОИНОВ, которые не знают жалости по отношению к кому бы то ни было вокруг себя, а кучки мошенников, ОТПУСКАЯ ДЛИННЫЕ БОРОДЫ И ОДЕВАЯ на себя БЕСФОРМЕННЫЕ ОДЕЖДЫ (в складках которых оказывалось возможным легко запрятывать что-либо совершенно неожиданное для окружающих лиц), БРАЛИСЬ ПРЕДСТАВАТЬ В ОБЛИЧЬЯХ всемогущих МАГОВ И КОЛДУНОВ, способных как наводить на людей погибель и порчу, так и спасать их от всех мыслимых и немыслимых напастей.

С течением времени засилье со стороны подобных племён бродячих актёров и шарлатанов доходило до такой степени, что обитатели тех или иных селений племён приноравливателей, едва успев откупиться от кого-либо одного, после прохождения нескольких дней или недель оказывались вынужденными вновь договариваться о предоставлении отступного шайкам уже других разбойных актёров и шарлатанов всевозможных мастей, которые шли вслед за кем-то себе подобным и находившимся впереди них. Обнаруживая для себя разорительность подобной практики и одновременную свою неспособность в одиночку противостоять шайкам алчных и в конец обнаглевших лихих людей, обитатели тех или иных земледельческих селений принимались ОБРАЩАТЬСЯ ЗА ПОМОЩЬЮ К СЕЛЕНИЯМ своих СОСЕДЕЙ с тем, чтобы совместными усилиями ПОГНАТЬ от себя ПРОЧЬ НЕЗВАНЫХ ГОСТЕЙ. Но такие соседи, осознавая возможность того, что за время отсутствия их основных сил в их селения смогут войти какие-либо другие злодеи и беспрепятственно отобрать у оставшихся всё (в том числе и их жизни), в таких ситуациях предпочитали отделываться чем-либо чисто символическим или вовсе отвечали отказами в ответ на поступавшие просьбы. Всё это в конце концов приводило к тому, что подавляющее большинство населения земледельческих местностях в ситуациях возникновений чего-либо нестерпимого ВМЕСТО ПРЕДПРИЯТИЯ каких-либо АКТИВНЫХ ДЕЙСТВИЙ ПРИСТРАЩАЛОСЬ К бесконечным сетованиям И ВЫРАЖЕНИЯМ земных СТОНОВ по поводу НЕВОЗМОЖНОСТИ ТАК ДОЛЬШЕ ЖИТЬ.

Но так повсеместные выражения подобных стонов не могли помочь делу, то земледельцы, обнаруживая свою неспособность добиваться всего им потребного сообща, принимались РАСХОДИТЬСЯ ПО своим ДВОРАМ И большей частью ДЕЙСТВОВАТЬ КАЖДЫЙ САМ ПО СЕБЕ. На практике это находило своё выражение в том, что обитатели каждого из дворов принимались СОЗДАВАТЬ СХРОНЫ ДЛЯ сокрытия от любых, посторонних для себя, взглядов основных ЗАПАСОВ своего ДОБРА. Обычно такие схроны представляли собой ПОДПОЛЬЯ, вырытые ПОД ЖИЛИЩАМИ или помещениями для разведения мелкой живности, ЯМЫ, размещённые позади построек и для верности ПРИКРЫТЫЕ сверху КУЧАМИ НАВОЗА и бытовых отходов, ЧЕРДАКИ разного рода ХАЛУПОК, располагавшихся в глубине дворов и ИМЕВШИХ ВИД чего-либо ПОКОСИВШЕГОСЯ И ОБВЕТШАЛОГО, которые ПРОИЗВОДИЛИ на всех, не введённых в курс дела, ВПЕЧАТЛЕНИЕ чего-либо ПОЛУРАЗРУШЕННОГО и нежилого. На случаи прихода к своим селениям шаек кого-либо ими незваного их обитатели договариваться между собой о том, что в беседах с подозрительными пришельцами они станут БЕЗ КОНЦА СЕТОВАТЬ НА ТЯГОТЫ СВОЕЙ ЖИЗНИ И ПРЕДЛАГАТЬ тем ЗАЙТИ В ЖИЛИЩА, ЧТОБЫ ОНИ МОГЛИ УБЕДИТЬСЯ в том, ЧТО ТАМ хоть ШАРОМ ПОКАТИ. Но так как мошенники и злодеи обычно оказывались не склонными к тому, чтобы кому-либо верить на слово, то они обычно рекомендовали таким хозяевам не прибедняться и чем-либо хорошенько их угостить. Хозяева, будучи уверенными в том, что им удалось хорошо спрятать своё добро в разного рода подпольях и на заброшенных чердаках, в ответ на это принимались обиженно пожимать плечами и предлагать пришельцам забрать у себя всё то, что им удастся найти.

В свою очередь лихие пришельцы, ловя конкретных земледельцев-хозяев на слове и оказываясь весьма искушёнными по части умения быстро находить разного рода схроны и тайники, нередко находили припрятанное и оставляли их семьи ни с чем. Члены тех соседских хозяйств, припрятанное добро которых на сей раз оказывалось не обнаруженным приходившими к ним злодеями, после уходов последних принимались ОБЛЕГЧЁННО ВЗДЫХАТЬ И ВЫРАЖАТЬ свои ИЗДЁВКИ (типа обзываний дебилами и дураками) В АДРЕС тех своих СОСЕДЕЙ, которые в одночасье оказывались лишёнными всего и НА КОТОРЫХ они издавна ЗАТАИВАЛИ ОБИДЫ ЗА что-либо МЕЛКОЕ и бытовое. В свою очередь обобранные и оскорблённые в своих чувствах соседи принимались ОТ причинённых им ОБИД ЗАКУСЫВАТЬ свои ГУБЫ И ЖДАТЬ НАСТУПЛЕНИЯ ПОДХОДЯЩИХ МОМЕНТОВ для того, ЧТОБЫ ДАТЬ ПОНЯТЬ кому-либо с их точки зрения бессердечному КАКОВО самим ОКАЗАТЬСЯ В ИХ ШКУРЕ. Такие моменты обычно наступали тогда, когда к селениям земледельцев прибывали шайки других мошенников и злодеев и начинали требовать своё. Представители обобранных семейств при виде начал обысков у своих более благополучных и когда-то чем-либо обидевших их соседей принимались ИЗДАЛИ ПОДАВАТЬ лихим людям ОСОБЫЕ ЗНАКИ И тем самым УКАЗЫВАТЬ им НА МЕСТА РАСПОЛОЖЕНИЯ чужих СХРОНОВ, а затем РАДОСТНО ПОТИРАТЬ РУКИ ОТ вида ТОГО, ЧТО их СОСЕДИ ТАКЖЕ, как некогда они сами, ОКАЗАЛИСЬ вдруг ЛИШЁННЫМИ ВСЕГО.

По той простой причине, что в складывавшейся ситуации подавляющее большинство семей земледельцев оказывалось обречённым влачить жалкое существование, их старшие члены, НЕ ЗНАЯ, КАК ПРОКОРМИТЬ своих ДЕТЕЙ И ЗАНЯТЬ их чем-либо ПОЛЕЗНЫМ, не находили ничего лучшего, как ОТПРАВЛЯТЬ тех НА СБОРЫ чего-либо ДИКОРАСТУЩЕГО И СЪЕДОБНОГО в окрестностях своих селений. Без конца шастая по своим окрестностям, такие досужие детки иногда обнаруживали перед собой временные стоянки злодеев и мошенников, которые выжидали наступлений наиболее подходящих моментов для осуществлений чего-либо задуманного и спорили друг с другом по разным текущим поводам, совершенно не подозревая о том, что за ними кто-то пристально наблюдает. Осторожно оглядывая временные стоянки лихих людей, подростки нередко ЗАМЕЧАЛИ что-либо оставленное ими в чуть стороне от центров всего происходившего и КАЗАВШЕЕСЯ ЦЕННЫМ или вполне пригодным в пищу ПО своему ВНЕШНЕМУ ВИДУ. По причине почти постоянного ощущения чувства голода и не отягощённости каким-либо жизненным опытом, такие дети при виде всего небрежно кинутого и никем не охраняемого начинали ИСПЫТЫВАТЬ ЖЕЛАНИЕ каким-либо образом его СТЯНУТЬ у столь беспечно ведших себя хозяев и использовать в каких-либо своих целях. Подобные желания во многих случаях претворялись в реальные попытки по достижению задуманного и нередко оборачивались практическими успехами. Но к своему глубокому огорчению такие мальцы при ближайшем и более внимательном рассмотрении своей "добычи" в большинстве случаев обнаруживали, что стянутое ими у разбойников ОРУЖИЕ И иные ПРЕДМЕТЫ ВОИНСКОГО СНАРЯЖЕНИЯ на самом деле являются бутафорским И ПРИГОДНЫМ разве что ДЛЯ ДЕТСКИХ ИГР ИЛИ ВЫЗЫВАНИЯ своим видом смертельных ИСПУГОВ У кого-либо из числа случайных ПРОХОЖИХ, а какие-либо "волшебные" предметы и "чудодейственные" вещицы из арсеналов мошенников - хитросплетёнными сопряжениями и конструкциями из чего-либо весьма банального и совершенно бесполезного в условиях повседневности.

Взрослея и уставая от использования предметов чего-либо подобного в целях устроения всевозможных приколов и хохм в отношении кого-либо из окружающих, наиболее сообразительные из молодых людей начинали приходить к мысли о том, что не плохо было испытать эффективность воздействия всего у них имеющегося на ком-то более серьёзном. Всё это находило своё выражение в том, что наиболее смелые из таких юношей в моменты явлений в их селения незваных гостей совершенно НЕОЖИДАННЫМ для них ОБРАЗОМ ПРИНИМАЛИСЬ ВОЗНИКАТЬ В ОБЛИЧЬЯХ могучих ВОИНОВ И всемогущих МАГОВ. Шайки разбойников и злодеев, приходя в полное замешательство от появлений всего столь для себя неожиданного, нередко принимались от страха отскакивать назад и прятаться за избами. Но так как подобные юноши, неожиданно приходившие к открытию того факта, что являвшиеся к ним злодеи и мошенники не такие уж и смелые, как кажутся на первый взгляд, очень скоро выдавали себя проявлениями чего-либо волнительного и неумелого, то злодеи начинали подбираться к ним поближе для учинения своих расправ. Понимая, что дело может закончиться чем-то очень плачевным, такие юнцы в определённый момент быстро сбрасывали с себя всю фальшивую атрибутику и бросались с высокого берега в омут близлежащей реки или в какие-либо непролазные кущи в надежде, что таким образом им удастся уберечься от встреч со своими преследователями.

Тем смелым юношам, которым удавалось уцелеть в ходах таких передряг, через какое-то время достигали периода возмужания и появления более твёрдой уверенности в своих силах. Уставая бояться всех и всего, они БРАЛИ В свои РУКИ УВЕСИСТЫЕ ДУБИНЫ, ПОДБИРАЛИ себе В ПОМОЩНИКИ пару-тройку МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ, начинавших мыслить сходным с ними образом И все вместе НАПРАВЛЯЛИСЬ НА ПОИСКИ ЗЛОДЕЕВ по близлежащим окрестностям. Шайки всевозможных разбойников и злодеев, видя небольшие группки идущих на них молодых людей, принимались делать шаги навстречу и выражать что-либо злобное и агрессивное В НАДЕЖДЕ ВЗЯТЬ их НА ИСПУГ. Но отважные молодцы вместо того, чтобы забояться злодеев и отступать назад, с видом как ничего не бывало принимались поочерёдно ПРОХАЖИВАТЬСЯ своими ДУБИНАМИ ПО ГОЛОВАМ И БОЧИНАМ то тех, то других из них. Те злодеи, которые оказывались рядом с пострадавшими компаньонами, не умея постоять за себя в бою с кем-то настроенным более решительным образом, чем они сами, принимались пятиться назад и пускаться в бегство с тем, чтобы не заполучить нечто такое, что могло стать для них неминуемым и весьма болезненным по вызываемым ощущениям. В достаточно скором времени это начинало приводить к тому, что многочисленные шайки актёрствовавших злодеев и злобно кривлявшихся магов, издалека замечая кого-либо из местных молодцев, принимались пятиться назад и спешно отходить без вступлений с ними в непосредственный контакт. (В прямой связи со всем сказанным следует отметить тот факт, что все сказки типа об Илье Муромце и иных богатырях, которые чуть ли не в одиночку разгоняли целые полчища своих врагов, вовсе не являются чьей-либо досужей выдумкой - на самом деле это есть отражение определённой исторической правды).

В скором времени всё это приводило к тому, что окрестности многих земледельческих городов и селений оказывались почти полностью очищенными от присутствия шаек всевозможных разбойников и злодеев, а их население получало наконец возможность зажить спокойной и налаженной жизнью. Со своей стороны местные богатыри, являвшиеся гарантами установления подобного спокойствия и бравшие себе в привычку выражать крайне пренебрежительным образом в отношении всего того, что представлялось им несбыточным и бездоказательным, по причине сокращений числа своих встреч с лихими людьми принимались обращать внимание на проявления подобного рода в средах своих соплеменников и подвергать таких бесконечным одёргиваниям и осмеяниям. Многие представители местного люда, стремившиеся всем своим внешним видом ИЗОБРАЖАТЬ ИЗ СЕБЯ БОГАТЫРЕЙ (которые становились чрезвычайно популярными и уважаемыми в народе) и оказываясь весьма недовольными фактами того, что их ЛИШАЮТ ВОЗМОЖНОСТИ как следует ПРИХВАСТНУТЬ чем-либо СВОИМ, принимались вызывать недовольства по отношению к настоящим богатырям в широких массах окружающего люда. Но так как сообщества таких богатырей являлись единственной и надежной защитой своих городов и селений от всевозможных бед и напастей, то не испытывая каких-либо желаний с ними расстаться, подавляющее большинство всех людей сходилось во мнении, что богатырей следует ПОСЕЛИТЬ НА некотором ОТДАЛЕНИИ ОТ ВСЕХ остальных - чтобы они пореже одёргивали своих соплеменников и отвлекали от повседневных трудов всех тех, кто оказывался склонным к бесконечным остановкам в своих делах и занятиях для того, чтобы в очередной раз полюбоваться их здоровенной статью и прилюдно демонстрировавшимися силовыми упражнениями.

Поселяясь на выселках, богатыри вместо того, чтобы растить урожаи на предоставленных им участках земли, принимались передавать их в руки кого-либо случайного, а жить на то, что им брались ПРИНОСИТЬ те или иные из соплеменников и иных окрестных людей В ЗНАК своей БЛАГОДАРНОСТИ за свершение чего-либо особого и спасшего их от жутких бед и напастей. Подавляющее большинство окружающего люда, с этого времени начинавшее видеть защитников своей мирной жизни лишь изредка, своё первоочерёдное внимание принималось обращать внимание на тот факт, что в то время, как они каждый день встают спозарань и до самого вечера пашут, сеют и косят, богатыри ПРОВОДЯТ ВРЕМЯ В полном БЕЗДЕЛЬЕ И СТРАДАЮТ разного рода ЕРУНДОЙ - спят до обеда, вдоволь едят, а во дворы и на улицы выходят лишь изредка и для того, чтобы посчитать пролетающих ворон или слегка подразмять свои тела и руки какими-либо силовыми упражнениями. Но ПРИНИМАЯСЬ жутко ЗАВИДОВАТЬ ОБРАЗУ ЖИЗНИ ТОГО, КТО СОГЛАШАЛСЯ БРАТЬ НА СЕБЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА дальнейшие СУДЬБЫ своих ОТЕЧЕСТВ, простой люд в то же самое время НЕ ЖЕЛАЛ ОКАЗЫВАТЬСЯ НА ИХ МЕСТЕ И ПОДВЕРГАТЬ СЕБЯ определённому РИСКУ потому, что прекрасно знал, что любому из их защитников под видом угощений в любой момент может быть поднесена смертельная отрава какими-либо злыми и по настоящему ненавидящими их людьми (из числа мошенников и злодеев), а из ближайших зарослей или кустов в них могла быть выпущена острая стрела. Именно из этого места брала своё начало НАЦИОНАЛЬНАЯ МЕЧТА представителей целого ряда земледельческих народов, суть которой можно выразить в следующем: СТРЕМИТЬСЯ ЖИТЬ ТАКИМ ЖЕ ОБЕСПЕЧЕННЫМ ОБРАЗОМ, КАК ЖИВУТ по-настоящему ОТВЕТСТВЕННЫЕ и чем-либо рискующие ЛИЦА, при этом ВСЯЧЕСКИ ИЗБЕГАЯ ПРИНЯТИЙ НА СЕБЯ какой бы то ни было ОТВЕТСТВЕННОСТИ И связанных с ней РИСКОВ, а ПРИ ВОЗНИКНОВЕНИИ каких-либо реальных ОПАСНОСТЕЙ вместо того, чтобы действовать самому, ЗВАТЬ НА ПОМОЩЬ кого-либо для себя постороннего - ЗДОРОВЕННОГО и слегка глуповатого ДЯДЮ.

В то же самое время наблюдая за фактами того, как многие из богатырей соглашались оказывать помощь обитателям тех окрестных селений, у которых не находилось своих защитников, многие из их соплеменников принимались с удивлением наблюдать за фактами проявления  первыми откровенной и большой (с их точки зрения) глупости. Приходя на помощь другим и видя их бедственное положение одновременно с гораздо большими выражениями искренней благодарности и человеческой теплоты, чем им приходилось встречать со стороны подавляющего большинства недолюбливавших их соплеменников, такие богатыри обычно проникались к тем чувством глубокой симпатии и СОГЛАШАЛИСЬ БРАТЬ в качестве оплаты своих услуг ТО, ЧТО им МОГЛИ ДАТЬ. При виде проявлений чего-либо подобного, соплеменники добрых молодцев принимались КРУТИТЬ ПАЛЬЦЕМ У ВИСКА И НАЗЫВАТЬ их не иначе как ИДИОТАМИ И законченными ДУРАКАМИ. Пытаясь их как-то вразумить и наставить на правильный жизненный путь, отдельные из соплеменников брались указывать богатырям на то, что ПРИ ВИДЕ ОБРАЩЕНИЙ к ним С какими-либо ПРОСЬБАМИ КОГО-ЛИБО ЧУЖОГО И МАЛОЗНАКОМОГО им НЕ СЛЕДУЕТ СТЫДИТЬСЯ И уподобившись во многих своих проявлениях вездесущим злодеям и мошенникам, за всё НАЗЫВАТЬ СВОЮ ЦЕНУ. Но так как подобные добры молодцы чаще всего находили себе в селениях окрестных племён по-настоящему добрых и любивших их жён, то у них не поднимался язык для того, чтобы озвучить что-либо подобное. В ответ на это соплеменникам таких богатырей оставалось лишь только одно - безутешно вздыхать и с досадой махать на них рукой, как на нечто совершенно для себя потерянное.

Но процесс заметного укрепления материального благополучия представителей многих земледельческих племён вследствие ограждения их от нападок со стороны мошенников и злодеев достаточно скоро начинал приводить к тому, что на данный факт принимались обращать своё пристальное внимание представители по настоящему воинственных и откровенно агрессивно настроенных племён. Для успешного противостояния могучим иноземным агрессорам племенам земледельцев ТРЕБОВАЛОСЬ ОБЪЕДИНЯТЬ свои УСИЛИЯ В ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ и образовать свои государства. Но так как у представителей различных племён земледельцев отсутствовал практический опыт широкомасштабной организации своих действий и налаживания взаимодействий в рамках чего-либо многочисленного и очень крупного, то многие из них начинали приходить к МЫСЛИ О НЕОБХОДИМОСТИ ОБЪЕДИНЕНИЯ СВОИХ УСИЛИЯ С окрестными ПЛЕМЕНАМИ БОЛЕЕ ОПЫТНЫХ в этом деле РАЗБОЙНИКОВ, которым от нападок таких агрессоров приходилось страдать не меньше, чем им самим. Находя таким мыслям поддержку со стороны большинства и ПРИГЛАШАЯ кого-либо из наиболее известных им ПРЕДВОДИТЕЛЕЙ племён окрестных РАЗБОЙНИКОВ В КАЧЕСТВЕ КНЯЗЕЙ или вожаков своих достаточно разобщённых и низко дисциплинированных воинских дружин, инициаторы чего-либо подобного надеялись на то, что ПОСЛЕ ДОСТИЖЕНИЯ чего-то для себя весьма ЖЕЛАТЕЛЬНОГО И ЗАВЕТНО они своими общими усилиями СМОГУТ легко и быстро ПОВЕРНУТЬ ВСЁ НАЗАД - прогнать от себя ранее приглашённых разбойных князей и как ни в чём не бывало ВОЗВРАТИТЬСЯ К чему-либо ПРЕЖНЕМУ И гораздо более для себя ПРИВЫЧНОМУ. Именно с это времени обитатели земледельческих селений и городов и племена несколько оттеснённых, но окончательно так и не изгнанных ими, разбойников и прочих злодеев оказывались как бы в одной лодке - ИЗ НЕДАВНИХ непримиримых ВРАГОВ они ПРЕВРАЩАЛИСЬ В НЕВОЛЬНЫХ СОЮЗНИКОВ, ОБРЕЧЁННЫХ ДРУЖИТЬ ПРОТИВ кого-то ТРЕТЬЕГО, одинаково им ненавистного.

Новоявленные князья из разбойной среды, беря с собой вверенные им воинские дружины, принимались являться в окрестные селения и города и заявлять тамошнему населению, что явились к ним в объединительных целях и настаивать на выражении теми согласия о добровольной уплате им ежегодной дани. В ситуациях, когда обитатели таких селений и городов принимались ехидно интересоваться по поводу того, с какой это такой стати они должны подчиняться настояниям кого-то для себя чужого и постороннего, князья ПОД ВИДОМ ОПРЕДЕЛЕНИЯ того, КОМУ ДОЛЖНО ПРИНАДЛЕЖАТЬ СТАРШИНСТВО ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ, ПРЕДЛАГАЛИ тамошним жителям ВЫСТАВИТЬ друг против друга воинов приведённых ими дружин и местных богатырей и добрых молодцев СТЕНКА НА СТЕНКУ и признать правоту за представителями той стороны, которая окажется сильнее. На деле же подобные выяснения отношений оборачивались  случаями ИСПОЛЬЗОВАНИЯ в пылу чего-либо горячного и сваленного в плотные кучи разного рода ухищрения и откровенной ПОНОЖОВЩИНЫ, направленной на устранение кого-либо слишком явного или чрезмерно активного (и одновременное устрашение всех остальных) руками отдельных разбойников, которых князья включали в составы своих дружин в качестве своих подручных или младших помощников. В подавляющем большинстве случаев легко создавая для своих сторон выигрышные положения, указанные князья сразу же после этого выходили перед всеми представителям проигравших сторон и заявляли тем о том, что В СЛУЧАЯХ ПРОДОЛЖЕНИЯ ВЫСКАЗЫВАНИЙ чего-либо ПРОТИВ ранее обусловленного и договоренного в отношении инициаторов проявлений чего-либо подобного БУДЕТ ПРИМЕНЕНА откровенная или ГРУБАЯ СИЛА и с ними обойдутся самым нещадным образом.

В свою очередь использование разного рода ухищрений и поножовщины в ходе игр представителей кого-либо сильного в отношении заведомого более слабых и недостаточно в себе уверенных сторон, приводило в средах последних к возникновению глухого ропота и нарастаниям недовольств. А так как факты использования в ходе взаимных споров чего-то заведомо несправедливого представителями проигрывавших сторон начинали ассоциироваться главным образом не с личностями князей из среды разбойников, а с приглашавшими их к себе на княжение селениями и городами других племён, то у первые принимались ИСКАТЬ ЛЮБЫЕ ПОВОДЫ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ МСТИТЬ представителям последних. В скором времени всё это оборачивалось НАРАСТАНИЯМИ проявлений откровенной МЕЖДОУСОБИЦЫ между представителями соседствовавших земледельческих племён. Из-за того, что случаи чего-либо подобного и не находившего себе конца, крайне отрицательным образом отражались на всей хозяйственной жизни, очень многие стороны, оказывавшиеся заинтересованными в самом скорейшем её налаживании, принимались ОБРАЩАТЬСЯ СО всеми СВОИМИ ПРОБЛЕМАМИ К появлявшимся АВТОРИТЕТАМ из числа князей разбойного происхождения, при этом всячески ИГНОРИРУЯ ВЛАСТЬ приглашавших их к себе городов, КОТОРАЯ РАСПИСЫВАЛАСЬ В своей ПОЛНОЙ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ в деле решения каких-либо проблем.
Достаточно скоро это оборачивалось фактическим исчезновением институтов таких властей по причине отпадения в них всякой надобности и УСТАНОВЛЕНИЕМ ЕДИНОЛИЧНОЙ ВЛАСТИ князей, незамедлительно прибиравших её в свои ловкие руки. Но принимаясь навязав свою власть обитателям всё большего количества окружающих мест, такие князья достаточно скоро начинали сталкиваться с кем-либо себе подобным и приблизительно равным с ними по силе. Всё это приводило к НАРАСТАНИЮ УСОБИЦЫ МЕЖДУ ГОСУДАРСТВАМИ таких князей И ОСЛАБЛЕНИЮ их КАК чего-либо ЦЕЛОГО ПЕРЕД ЛИЦОМ ВСЕГО ВНЕШНЕГО и враждебно по отношению ко всем ним настроенного. Окончательный результат чего-либо подобного обычно находил своё выражение в захватах территорий таких государств и фактически поголовном порабощении их населения огромными полчищами или ордами каких-либо иноземцев.

Возникавшее положение дел приводило к ОТТОКУ значительной части представителей земледельческих племён из привычных для себя мест В различные ГЛУХОМАННЫЕ УГОЛКИ, ОТДЕЛЕННЫЕ  от всех прочих мест чем-либо ТРУДНОПРОХОДИМЫМ ИЛИ совершенно РАЗБИТЫМ И ЗАВОДЯЩИМ В разного рода ТУПИКИ. В случаях отыскания таких затерянных поселений отрядами завоевателей, наиболее здоровая и трудоспособная часть их населения вместе со всем домашним скотом принималась ЗАБЛАГОВРЕМЕННО УХОДИТЬ В окрестные ЛЕСА ИЛИ ГОРЫ, оставляя в своих убогих и покосившихся избах малых детей, вдовых женщин и слабеющих стариков. Одеваясь во всё самое рваное и изношенное и указывая на факт якобы отсутствия у себя здоровых мужчин, остававшиеся всем своим видом и словесными заявлениями принимались показывать захватчикам на то, что они крайне бедны и голодны и с них попросту нечего взять. Быстро приходя к выводу о нецелесообразности своего постоянного присутствия в столь отдалённых и диких местах, такие захватчики обычно ПЕРЕДАВАЛИ ПОД их УПРАВЛЕНИЕ кого-либо из уцелевших МЕСТНЫХ КНЯЗЕЙ в обмен на принятие теми со своей стороны определённых экономических обязательств (типа обеспечения ежегодных сборов дани твёрдо установленных размеров и доставки собранного к местам постоянного дислоцирования основных сил иноземных захватчиков). Договариваясь о предоставлении захватчикам достаточно незначительных объёмов дани, такие князья, хорошо знавшие истинное положение дел на местах, принимались собирать дань в гораздо больших объёмах, а получавшуюся разницу оставлять себе.

Получавшиеся таким способом СРЕДСТВА князья принимались ПУСКАТЬ НА СООРУЖЕНИЕ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ МАСТЕРСКИХ, которые СОЗДАВАЛИСЬ В тесных и промозглых ЗЕМЛЯНКАХ, располагавшихся ВДАЛИ ОТ ОСНОВНЫХ ПОСЕЛЕНИЙ И в которых НАЧИНАЛИ ТАЙКОМ КОВАТЬ ОРУЖИЕ для достижения будущих ПОБЕД над своими захватчиками и врагами. Но так как каждый из удельных князей понимал, что действуя самостоятельным образом, он не сможет собрать такого количества сил и средств, которые требовались для достижения разгрома над силами своих захватчиков и окончательного изгнания из своих земель, то все они оказывались настроенными на предприятие усилий по формированию совместных организационных структур и наделение особыми полномочиями кого-либо избранного из своей среды в качестве верховного над всеми прочими. В целях обеспечения всеобщей поддержки устремлениям по достижению чего-либо подобного сообщества или союзные объединения удельных князей принимались ВЫДВИГАТЬ ИДЕЮ ОБЪЕДИНЕНИЯ всех родственных друг с другом племён И СОЗДАНИЯ на их основе ВЕЛИКИХ или крупных ГОСУДАРСТВ современного им мира, а также предпринимать шаги, направленные на СОЗДАНИЕ широких народных фронтов или ПАРТИЙ НАРОДНОГО (национал-социалистического) ТИПА. Суть идеологии всех таких партий заключалась в мысли о том, что те или иные ЗЕМНЫЕ ПРОСТРАНСТВА ДОЛЖНЫ НАХОДИТЬСЯ В ПОЛНОМ РАСПОРЯЖЕНИИ ТЕХ племён и народов, КОТОРЫЕ ПРОЖИВАЮТ ТАМ ИСПОКОН ВЕКОВ, а всем прочим - инородцам (или родившихся за пределами своих исторических родин) и иноземцам - там не должно быть какого-либо места.

В большом количестве случаев крупным народным партиям удавалось собирать такие количества сил и средств, которых представлялись им вполне достаточным для начал открытого выражения оккупантам своего нежелания платить тем какой-либо дани. Племенам захватчиков и оккупантов, опешивавшим от заявлений подобного рода, не оставалось ничего иного, как отправлять в глубины гор и лесов свои войска в целях наказания непокорных. Но к своему удивлению войска таких захватчиков В ГЛУБИНАХ всего, представлявшегося им заброшенным и захолустным, ОБНАРУЖИВАЛИ МОЩНЫЕ КРЕПОСТИ, защитники которых принимались ВЫХОДИТЬ НА СТЕНЫ своих укреплений - ПОКАЗЫВАТЬ приходившим их покорять свои ГОЛЫЕ ЗАДНИЦЫ И всячески ХУЛИТЬ (или облаживать отборным матом) ПРЕДКОВ являвшихся иноземцев и доставлявшиеся к стенам городов СИМВОЛЫ ЧУЖДЫХ иноземных ВЕР. Воинства осаждавших захватчиков от лицезрений перед собой картин чего-либо подобного обычно тут же впадали в дикое бешенство. ОКАЗЫВАЯСЬ ВЫВЕДЕННЫМИ ИЗ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО РАВНОВЕСИЯ, они забывали обо всём остальном и БЕЗ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ПОДГОТОВКИ БРОСАЛИСЬ НА ШТУРМ УКРЕПЛЕНИЙ с тем, чтобы изрубить унижавших их наглецов на мелкие части. Защитники земледельческих городов, заранее предвидя подобные повороты дела, ВСТРЕЧАЛИ ВРАГОВ ВО ВСЕОРУЖИИ, а в самые острые и напряжённые моменты ИЗ БЛИЗЛЕЖАЩИХ ЛЕСОВ ВЫСКАКИВАЛИ легковооружённые ПАРТИЗАНСКИЕ ОТРЯДЫ из числа обитателей окрестных мест, которые НАНОСИЛИ своим общим врагов НЕОЖИДАННЫЕ УДАРЫ В СПИНУ. Как только захватчики принимались поворачиваться в сторону партизан, те вместо того, чтобы принимать бой, тут же разворачивались и опять исчезали в труднопроходимых лесах. А как только захватчики принимались опять идти на штурм городов, партизаны вновь давали о себе знать и срывали их наступательные порывы. Постоянно ОЩУЩАЯ себя скованными и ЗАЖАТЫМИ С ДВУХ СТОРОН, войска иноземцев быстро утрачивали всякую инициативу. Израсходовав имевшийся у них с собой фураж и пищевые запасы и не имея возможности их чем-либо пополнить, такие захватчики в скором времени начинали СТРАДАТЬ ОТ БЕСКОРМИЦЫ И оказывались вынужденными разворачиваться и УХОДИТЬ НАЗАД, будучи преследуемыми наседавшими на них со всех сторон мобильными партизанскими группами и НЕСЯ ПО ПУТИ своих ОТСТУПЛЕНИЙ НЕМАЛЫЕ ПОТЕРИ. Ведя себя на такой же манер при всяких новых случаях вторжений иноземных войск в места своего обитания, представители наиболее сплочённых земледельческих племён рано или поздно ОКОНЧАТЕЛЬНО ОТБИВАЛИ у них ОХОТУ ПОЯВЛЯТЬСЯ В СВОИХ МЕСТАХ и тем самым обретали  для своих государств полную независимость.

Но вновь возникавшим союзным государствам удавалось обеспечить вхождение в свои составы далеко не всех краёв и мест, в которых традиционно проживали представители родственных и союзных с ними племён. Прекрасно осознавая тот факт, что территории таких краёв могут послужить удобными плацдармами для осуществления новых иноземных вторжений в отвоёванные ими пределы, разбойные лидеры земледельческих государств принимались ВНЕДРЯТЬ в сознание широких масс людей МЫСЛЬ О НЕОБХОДИМОСТИ РАСШИРЕНИЯ СВОИХ ВЛАДЕНИЙ ЗА СЧЁТ ПРИСОЕДИНЕНИЯ К НИМ ТЕРРИТОРИЙ С преобладающим БОЛЬШИНСТВОМ ДРУЖЕСТВЕННОГО НАСТРОЕННОГО по отношению к ним НАСЕЛЕНИЯ. Идеи подобного рода ВСТРЕЧАЛИСЬ НА УРА в широких массах простых людей по обе стороны границ. В такой ситуации удельные князья тех краёв, которые продолжали находиться под верховной властью некогда захвативших их иноземцев, ОБНАРУЖИВАЛИ ДВОЙСТВЕННОСТЬ СВОЕГО ПОЛОЖЕНИЯ - от них требовалось либо остаться вместе с подавляющим большинством окружающего населения и широко заявить о своем переходе под верховную власть того, кто казался для всех них наиболее предпочтительным и желанным, либо вопреки воле подавляющего большинства продолжать поддерживать кого-то ему откровенно недружественного и враждебного, тем самым заслуживая всеобщую нелюбовь и ненависть.

В ситуациях, когда общий характер развития обстановки и текущее соотношение сил в тех или иных краях складывалось не в пользу некогда захвативших их оккупантов, тамошние князья после предварительного обговаривания всех условий с верховными лидерами государств, выступавших в качестве объединителей многих родственных племён, под выражения всеобщих ликований принимались объявлять о переходах на их сторону. В свою очередь оккупационные власти иноземных государств, которым приходилось распылять огромные количества свои сил по большим регионам, при устанавливавшемся порядке вещей принимались обнаруживать свою неспособность обеспечивать их стремительную переброску в те некогда захваченные ими области и края, которые вот-вот могли от них отойти и по этой причине в подавляющем большинстве случаев оказываться в явном проигрыше. Стремясь противопоставить нарастаниям подобных явлений что-либо весьма действенное и эффективное по своей сути, такие захватчики приходили к мысли о необходимости НАСАЖДЕНИЯ СВОИХ ВЕР в средах чужеродных им племён И ПОБУЖДЕНИЯ их К ОТХОДУ ОТ всего для себя стародавнего и ТРАДИЦИОННОГО для их предков. Из-за того, что насаждения таких вер путём крещения мечом и огнём оказывались не достаточно эффективными, то специально уполномоченные представители сил захватчиков принимались ИСПОЛЬЗОВАТЬ в отношении лиц и семей, соглашавшихся добровольно принять новые веры, специальные СТИМУЛЫ. Такие стимулы предполагали собой определённые ЛЬГОТЫ И ОБЛЕГЧЁННЫЕ ПОРЯДКИ ПОЛУЧЕНИЯ чего-либо ДОКУМЕНТАЛЬНОГО И РАЗРЕШИТЕЛЬНОГО. По этой причине находилось достаточно большие группы лиц, которые соглашались принимать и придерживаться новых для себя вер и ранее чуждых традиций, что в свою очередь ПРИВОДИЛО К ВОЗНИКНОВЕНИЮ противоречий и глубоких РАСКОЛОВ в рядах представителей одних и тех же земледельческих племён - разделению их между собой не по кровнородственным признакам, а по признаку принадлежности к разным верам.

Из-за того, что возникавшие расколы приводили к вспышкам откровенной враждебности внутри кровнородственных социальных сред, захватчики под видом недопущений чего-либо подобного принимались РАЗДЕЛЯТЬ ОДНИХ ОТ ДРУГИХ, обеспечивая переходившим в их веры лицам лучшие условия существования и возможности для создания своих ПОЛИЦЕЙСКИХ СИЛ И специальных КАРАТЕЛЬНЫХ ОТРЯДОВ ДЛЯ БОРЬБЫ С НЕВЕРНЫМИ или не выражавшими согласий о принятии новых для себя вер, которые по этой самой причине ОТСЕЛЯЛИСЬ НА различные НЕУДОБЬЯ И НИЗВОДИЛИСЬ ДО ПОЛОЖЕНИЯ РАБОВ. В свою очередь лидеры или утверждавшиеся ЦАРИ государств объединителей земель, некогда принадлежавших населявшим их племенам, ПОД ВИДОМ ПРОЯВЛЕНИЯ ОЗАБОЧЕННОСТИ СУДЬБАМИ ВЕРНЫХ им СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ принимались ВТОРГАТЬСЯ В СОСЕДНИЕ ЗЕМЛИ И БРАТЬ ПОД СВОЮ ОПЕКУ РАЙОНЫ КОМПАКТНОГО ПРОЖИВАНИЯ тамошних единоверцев. Предоставляя им широкие права по обзаведению оружием для обеспечения защиты своих границ и освобождая от уплаты каких-либо податей и налогов, такие цари легко обеспечивали мобилизацию всего тамошнего населения против общих с ними врагов и ПРЕВРАЩАЛИ опекавшиеся ими земли В ПОДОБИЯ БУФЕРНЫХ ЗОН. Такие буферные зоны с одной стороны служили надёжным щитом, прикрывавшим от иноземных вторжений внутренние области крупных земледельческих государств, а с другой стороны оказывались подходящими трамплинами для осуществления новых прыжков в ту или иную сторону света.
В целях создания поводов для осуществления таких прыжков цари земледельческих государств принимались использовать факты порабощения иноземными захватчиками в глубинах соседствовавших с ними территорий совершённо неродственных племён, которые не желали принимать искусственно насаждавшихся им иноземных вер в силу каких-либо своих внутренних причин. Не имея формальных поводов для объявлении о взятии под свою защиту неродственных им племён, цари земледельческих государств приходили к осознанию НЕОБХОДИМОСТИ УНИФИЦИРОВАТЬ ВЕРЫ всех, населявших их, племён ПОД ЧТО-ЛИБО ОБЩЕЕ И ИМЕВШЕЕ ДРЕВНИЕ КОРНИ, ЧТОБЫ после завершения осуществлений чего-либо подобного ПОЛУЧИТЬ все ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ОБЪЯВЛЕНИЯ СВОИХ ТЕРРИТОРИЙ ЦЕНТРАМИ ВОЗРОЖДЕНИЯ И ПРОДОЛЖАТЕЛЯМИ ТРАДИЦИЙ чего-либо СТАРОДАВНЕГО. Выражаясь более понятным и доходчивым языком, власти крупных земледельческих государств ОБЪЯВЛЯЛИ своими СОЮЗНИКАМИ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ВСЕХ ПЛЕМЁН, КОТОРЫЕ когда-либо БЫЛИ НАСИЛЬСТВЕННО ИЗГНАННЫМИ СО СВОИХ ИСТОРИЧЕСКИХ РОДИН И ОКАЗЫВАЛИСЬ ГОТОВЫМИ ПОДТВЕРДИТЬ ФАКТ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ К ВОЗРОЖДАВШИМСЯ ВЕРАМ (и тем самым добровольно признать над собой верховенство духовных центров указанных земледельческих государств).

Представители наиболее угнетённых племён многих государств окружающего мира, осознавая факт своей неспособности одержать самостоятельную победу над своими поработителями и испытывая острую потребность в помощи и содействии со стороны всякого, кто был готов их им предложить, принимались ВАЛОМ ВАЛИТЬ И в больших количествах СТАНОВИТЬСЯ ПОД ФЛАГИ ВОЗРОЖДАВШИХСЯ ВЕР. Принимаясь УСТРАИВАТЬ ШУМНЫЕ КАМПАНИИ ПО ВЫРАЖЕНИЮ своей ПОДДЕРЖКИ СПРАВЕДЛИВОЙ БОРЬБЫ многих племён и народов за освобождение от ига иноземных захватчиков и завоевателей, цари земледельческих государств стремились добиться со стороны первых существенной активизации их деятельности и тем самым вызвать тревоги и беспокойства в станах государств своих врагов. Систематические вызывания таких беспокойств нередко приводили к тому, что такие враги ТЕРЯЯ ТЕРПЕНИЕ И ВЫДЕРЖКУ, ПРИНИМАЛИСЬ УСТРАИВАТЬ КРОВАВЫЕ РЕЗНИ среди племён неверных с тем, чтобы существенно ослабить их силы и сделать их неспособными к поднятию каких-либо восстаний. Цари земледельческих государств, искусно провоцировавшие возникновения таких обострений, С ВЫРАЖЕНИЯМИ в своих лицах чего-либо КРАЙНЕ ВОЗМУЩЁННОГО, ПРИНИМАЛИСЬ ОБЪЯВЛЯТЬ ВОЙНУ иноземным оккупантам соседних с собой земель и краёв и ПОД ЛИКОВАНИЕ ТОЛП МЕСТНЫХ ЖИТЕЛЕЙ ВХОДИТЬ туда не захватчиками, а В ОБЛИКАХ ОСВОБОДИТЕЛЕЙ.
Но подобного рода "освободительные" походы рано или поздно начинали натыкаться на мощные противодействия противоположных сторон. По причине слабой развитости у себя различных ремёсел земледельческие государства ОКАЗЫВАЛИСЬ НЕСПОСОБНЫМИ ОБЕСПЕЧИВАТЬ свои ВОЙСКА СОВЕРШЕННЫМ ОРУЖИЕМ И воинским СНАРЯЖЕНИЕМ. Вследствие этого оказываясь вынужденными по большей части ВОЕВАТЬ ЧИСЛОМ, А НЕ УМЕНИЕМ, они быстро исчерпывали подобные свои резервы и всё чаще и чаще начинали терпеть поражения от своих противников, которые со своей стороны принимались делать первоочередную ставку на совершенство. Начиная осознавать всю пагубность возникавшего отставания цари земледельческих государств приходили к мысли о необходимости СОБРАТЬ у себя ОБРАЗЦЫ ОРУЖИЯ И воинского СНАРЯЖЕНИЯ СО ВСЕГО МИРА И на этой основе УСИЛИЯМИ СВОИХ МАСТЕРОВ СОЗДАТЬ нечто ТАКОЕ, КОТОРОЕ БЫ на голову ПРЕВОСХОДИЛО всё чужое по всем статьям. Догнать и перегнать всех своих противников и врагов - так можно кратко сформулировать суть всей этой идеи.

Для получения совершенных образцов оружия и воинского снаряжения из самых разных стран мира цари земледельческих государств принимались ОТПРАВЛЯТЬ туда своих РАЗВЕДЧИКОВ, обычно ДЕЙСТВОВАВШИХ ПОД ВИДОМ ПУТЕШЕСТВОВАВШИХ КУПЦОВ. Но достаточно скоро обнаруживался факт того, что ПРОИЗВОДСТВА всего передового и совершенного ЯВЛЯЮТСЯ столь СЛОЖНЫМИ, что для  их открытия у себя недостаточно одних лишь только представленных образцов. Возникавшая ПОТРЕБНОСТЬ В ЗНАНИЯХ ТЕХНОЛОГИЙ переработки сырья и изготовления чего-то конкретного, а также В специальных ИНСТРУМЕНТАХ И ПРИСПОСОБЛЕНИЯХ для осуществлений чего-либо подобного приводила к тому, что вслед за "купцами" в сторону различных стран мира принимались направляться группы разведчиков, действовавших ПОД ВИДОМ РАБОЧИХ АРТЕЛЕЙ. Нанимаясь на временные работы к каким-либо хозяевам и промышленникам или просто переходя с место на место, такие разведчики должны были ДЕЙСТВОВАТЬ ПРОПАГАНДНЫМИ МЕТОДАМИ - в самом буквальном смысле этого слова (при переводе его смыслового значения на русский язык)  ПРОЩУПЫВАТЬ своими РУКАМИ И РАССПРАШИВАТЬ ОБО всех ОСОБЕННОСТЯХ СОЗДАНИЯ И ИЗГОТОВЛЕНИЯ ТОГО из использовавшегося в заграничной жизни, ЧТО МОГЛО ЯВИТЬСЯ ПОЛЕЗНЫМ для их государств. После завершения ежегодных рабочих сезонов разведчики-пропагандисты возвращались назад для того, чтобы ПЕРЕДАТЬ АЗЫ зарубежного ОПЫТА, усвоенного ими за предыдущий период, своим мастерам, а затем вновь отправиться по заграницам с той же самой целью. Из опасений  того, что об устремлениях подобного рода и конкретных характерах их направленности может стать известно представителям иностранных разведок, которые затем смогут довести до сведения властей своих стран, цари земледельческих государств ВВОДИЛИ ДЛЯ ИНОСТРАНЦЕВ строгие ЗАПРЕТЫ НА ПОСЕЩЕНИЯ СВОИХ ТЕРРИТОРИЙ по каким-либо их личным нуждам, С большой неохотой и ДОЛГОЙ МОРОКОЙ соглашаясь их давать лишь только в тех ситуациях, КОГДА это оказывалось необходимым с государственной точки зрения и СОВЕРШЕННО НЕКУДА БЫЛО ДЕТЬСЯ. А так как иностранные разведчики и шайки пособничавших им злодеев продолжали проникать туда тайком, то В ЦЕЛЯХ ОБЛЕГЧЕНИЯ своих ПРОБЛЕМ, связанных с осуществлением контроля за деятельностью таковых, правители таких государств принимались ПРИКРЕПЛЯТЬ своё НАСЕЛЕНИЕ К МЕСТАМ РОЖДЕНИЯ И ВВОДИТЬ для всех людей ЗАПРЕТЫ НА ПЕРЕМЕЩЕНИЯ в одиночку И ПЕРЕМЕНУ МЕСТ ЖИТЕЛЬСТВА без получения особых на то разрешений.

В своём стремлении обеспечить передачу собравшегося зарубежного опыта как можно большему числу своих мастеров теми лицами или разведчиками, которые сами всё видели в действии и были способными дать ответы на любые вопросы первых по поводу чего-либо детального и им не до конца понятного, в земледельческих государствах всех более или менее способных МАСТЕРОВЫХ ЛЮДЕЙ принимались ОТДЕЛЯТЬ ОТ ВСЕХ И СОБИРАТЬ В своеобразные общины или КОММУНЫ. Одновременно с получением возможности регулярно получать и усваивать зарубежный опыт, коллективы таких коммун начинали ПОЛУЧАТЬ различные ПРАКТИЧЕСКИЕ ЗАДАНИЯ на предмет создания чего-либо конкретного, что явилось бы ещё более совершенным, чем имевшееся иностранное. Но нередко случалось так, что НАЧАВ РАЗРАБОТКУ чего-либо им УКАЗАННОГО, коллективы мастеров ПОЛУЧАЛИ НОВЫЕ УКАЗАНИЯ ОСТАВИТЬ ВСЁ ПРЕЖНЕЕ И СРОЧНО (в связи со случаями возникновения чего-либо непредвиденного и становившегося более важным, чем предыдущее) ПЕРЕКЛЮЧИТЬСЯ НА РАЗРАБОТКУ чего-либо ДРУГОГО. В свою очередь многие мастеровые люди, видя, что во многих случаях начальные плоды их труда оказываются никому не нужными, в ситуациях получения каких-либо заданий принимались ПРОЯВЛЯТЬ НЕСПЕШНОСТЬ и слоняться из стороны в сторону В НАДЕЖДЕ НА ТО, что такие задания им вскоре ОТМЕНЯТ и в результате их никто не станет ругать за их фактическое безделье. В ситуациях же когда такие надежды не оказывались неоправданными, наиболее ответственные за всё или НАЧАЛЬСТВЕННЫЕ ЛИЦА брались ОРАТЬ НА своих ПОДЧИНЁННЫХ БЛАГИМ МАТОМ И ТРЕБОВАТЬ от них, ЧТОБЫ те на протяжении всего оставшегося времени РАБОТАЛИ НЕ ПОКЛАДАЯ РУК И УЛОЖИЛИСЬ В установленные им СРОКИ.

Все эти обстоятельства помимо выработки неприязненного отношения к труду как таковому, приводили к тому, что конкретные мастеровые люди под самыми разными предлогами (типа болен, пьян или не лады в семье) принимались УКЛОНЯТЬСЯ ОТ ИСПОЛНЕНИЯ наиболее СЛОЖНЫХ И ЗАВЕРШАЮЩИХ ЧАСТЕЙ своих общих ЗАДАНИЙ И ВЫИСКИВАТЬ ДЛЯ СЕБЯ что-либо ПОЛЕГЧЕ И ПОПРОЩЕ. Кое-как сделав свою часть работы, каждый СТРЕМИЛСЯ СБЫТЬ её С РУК - поскорее передать другому и тем самым сложить на него всю ответственность за возможные свои недогляды и недочёты. При всякой попытке привлечь их к ответу, каждый из таких работников принимался чесать затылок и тупо пожимать плечами, всем своим ИЗОБРАЖАЯ ИЗ СЕБЯ ДУРАКА, с которого (при всём на то желании) невозможно было чего-либо потребовать или взять.  Всякий же, КТО хотя бы раз ПРОЯВЛЯЛ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ и добросовестное отношение к своей работе наоборот тут же БРАЛСЯ своим НАЧАЛЬНИКОМ НА ОСОБЫЙ УЧЁТ - как лицо, которому впредь можно будет доверять исполнение всего наиболее сложного и ответственного, не особо интересуясь при этом с его мнениями на этот счёт. Те мастеровые, которые оказывались взятыми на подобный учёт, вскоре начинали ВЫРАЖАТЬ ВОЗМУЩЕНИЯ своим НАЧАЛЬНИКАМ по поводу того, что те постоянно взваливают на них основной груз проблем, тогда как подавляющее большинство остальных остаётся без всяких дел. Своими требованиями справедливого к себе отношения и равномерного распределения трудовых обязанностей между всеми наиболее ответственные работники добивались того, что к ним с выражением чего-либо неприязненного начинали относиться не только их начальники, но и большинство из их нерадивых коллег, которым удавалось удобно устроиться в жизни и всё время выезжать за чужой счёт.
Низкая производительность труда, являвшейся следствием возникавшей неразберихи и несогласованности, становилась причиной УСТАНОВЛЕНИЯ ОГРАНИЧЕНИЙ НА РАЗМЕРЫ ФОНДОВ ОПЛАТЫ ТРУДА И ВЫПЛАТ РАБОТНИКАМ казённых производств ТАКИХ СУММ, КОТОРЫХ им ЕДВА ХВАТАЛО для того, ЧТОБЫ СВЕСТИ КОНЦЫ С КОНЦАМИ. Не имея реальной возможности доплачивать наиболее добросовестным и ответственным работникам за счёт урезания зарплат безответственным и нерадивым (потому, что в этом случае последние стали бы получать меньше прожиточного минимума и не смогли выжить), их начальники принимались ВВОДИТЬ УРАВНИЛОВКУ, при которой КАЖДЫЙ НАЧИНАЛ ПОЛУЧАТЬ НЕ ЗА СДЕЛАННОЕ, А ЗА ОТБЫТОЕ им на производстве ВРЕМЯ. Постоянно испытывавшийся недостаток в средствах приводил к тому, что работники принимались ЗАНИМАТЬСЯ ПОИСКОМ ПРИРАБОТКОВ НА СТОРОНЕ во внерабочее время (регулярно являясь к местам обязательной постоянной работы не отдохнувшими, а сильно уставшими и испытывавшими большое желание отдохнуть) ИЛИ ВЫПОЛНЕНИЕМ в рабочее время каких-либо СТОРОННИХ ЗАКАЗОВ ИЗ подворачивавшегося под руку КАЗЁННЫХ МАТЕРИАЛОВ. Помимо дальнейшего снижения производительности и дисциплины труда, подобный ход развития процессов в коммунальной среде начинали приводить к ВЫЗЫВАНИЮ СОБЛАЗНОВ (как у тех лиц, в чьём ведении находились хранившиеся запасы казённых материалов, так и у простых работников, которые получали их определённые количества для изготовления чего-то конкретного и им указанного) КАЗЁННЫЕ ЗАКАЗЫ "ЛЕПИТЬ" ИЗ ЧЕГО ПОПАЛО (путём пускания в дело всего подлежавшего списанию в отходы - типа изъеденного и искорёженного воздействиями чего-либо внешнего), А всё таким путём "СЭКОНОМЛЕННОЕ" ПУСКАТЬ НА ИЗГОТОВЛЕНИЕ чего-либо "ЛЕВОГО" или случайных сторонних заказов. В конечном итоге всё это находило своё отражение в широком распространении следующей практики. Рядовые работники при получении нарядов на проведение каких-либо работ сплошь и рядом начинали ПОЛУЧАТЬ ОТКАЗЫ ВО МНОГОМ ИЗ ТОГО, ЧТО им ТРЕБОВАЛОСЬ для нормального их завершения (под предлогом его отсутствия на данный момент). На всякие вопросы по поводу недостающего начальники таких работников принимались им ПРЕДЛАГАТЬ вместо него что-либо НЕ ВПОЛНЕ ПОДХОДЯЩЕЕ либо вообще  СОВЕТОВАТЬ РЕШАТЬ все возникшие ПРОБЛЕМЫ САМОСТОЯТЕЛЬНЫМ ОБРАЗОМ (давая при этом простым работникам понять, что в случаях начал выражения им каких-либо возражений, они лишат первых возможности заниматься чем-либо посторонним и таким образом ЗАСТАВЯТ их ЖИТЬ лишь только НА ОДНУ ЗАРПЛАТУ).

Но факты снижения производственной эффективности всех казённых структур в тесном сочетании со стремительным увеличением объёмов затрат на производство всех видов осуществлявшихся ими работ приводили к УЧАЩЕНИЯМ СЛУЧАЕВ их ПРОВЕРОК. В свою очередь проверяющие, прибывая в те или иные места, нередко СТАНОВИЛИСЬ СВИДЕТЕЛЯМИ КАРТИН НЕНАДЛЕЖАЩЕГО ИСПОЛНЕНИЯ СВОИХ ОБЯЗАННОСТЕЙ теми или иными из простых работниками и принимались обращаться за разъяснениями по поводу случаев чего-либо подобного к их непосредственным начальникам. В ответ на замечания со стороны вышестоящего низовые начальники тут же принимались НАБРАСЫВАТЬСЯ на указанных им подчинённых С ОБВИНЕНИЯМИ В НЕРАДИВОСТИ И НЕКОМПЕТЕНТНОСТИ И УГРОЖАТЬ НАКАЗАНИЯМИ. Если обвиняемые работники в ответ тупо молчали или принимались бормотать что-то невнятное, то после ухода проверяющих начальники принимались подходить к ним с чем-либо примирительным - предлагать НЕ ПОМНИТЬ ЗЛА, заявляя, что ОСКОРБЛЯЛИ их НЕ УМЫШЛЕННО, А ПО ПРИЧИНЕ возникавшей ПРОИЗВОДСТВЕННОЙ НЕОБХОДИМОСТИ. На будущее же такие начальники обращались к послушным им подчинённым со словами о том, чтобы ПРИ всяком ВИДЕ ВБЛИЗИ себя кого-либо ЧУЖОГО И ПОСТОРОННЕГО  тем СЛЕДУЕТ ПОКАЗНО ИСПОЛНЯТЬ СВОИ ОБЯЗАННОСТИ ТАК, КАК ПОЛОЖЕНО и только после им уходов возвращаться ко всему для себя гораздо более привычному и обыденному. Если же обвинявшиеся работники НЕ СОГЛАШАЛИСЬ БРАТЬ НА СЕБЯ ВИНУ И ПРИНИМАЛИСЬ прямо УКАЗЫВАТЬ НА ФАКТЫ НЕОБЕСПЕЧЕННОСТИ всем ПОЛОЖЕННЫМ И НЕОБХОДИМЫМ для выполнения поставленных перед ними задач, то их непосредственные начальники принимались всячески юлить перед вышестоящими и велеть своим подручным тут же выдать всё недостающее. Но оказываясь поставленными под удар по причине строптивости отдельных своих подчинённых, они в будущем принимались ПРИДИРАТЬСЯ к последним ПО ВСЯКОЙ МЕЛОЧИ И при первой же возможности ОТСЫЛАТЬ тех куда-либо ПОДАЛЬШЕ - ДЛЯ ИСПОЛНЕНИЯ НАИБОЛЕЕ ТЯЖЕЛЫХ И ТРУДОЁМКИХ ПРОЦЕССОВ, где они никогда не могли найти достойного применения своим способностям и наоборот могли ощутить полную безрадостность своего дальнейшего существования.

Подавляющее большинство мастеровых людей и казённых работников, находя перспективу наступления  для себя чего-либо подобного весьма нежелательной, принималось С ОПАСКОЙ ПОСМАТРИВАТЬ В СТОРОНУ СВОИХ НАЧАЛЬНИКОВ и прежде чем в их присутствии заявлять им о своём мнении по поводу чего-либо возникшего или существующего, на всякий случай ЗАГЛЯДЫВАТЬ им В РОТ или ждать пока те каким-либо образом обозначат свою точку зрения. Как только подобное происходило, большинство из присутствовавших тут же СТРЕМИЛОСЬ СКАЗАТЬ своим НАЧАЛЬНИКАМ что-либо В ТОН и таким образом выразить им свою единодушную поддержку. Если начальники по причине случайных обнаружений чего-либо для себя ранее неизвестного изменяли свою точку зрения по тому или иному вопросу, их подчинённые, не моргнув глазом, принимались охотно соглашаться подобным их доводам и ПРИПОМИНАТЬ всё ТАКОЕ, О ЧЁМ до сих пор ПРЕДПОЧИТАЛИ УМАЛЧИВАТЬ из опасений разгневать своих начальников выражениями им своих несогласий. В результате осуществления подобной "селекции" в широких масштабах все сколько-нибудь умелые и уважающие себя работники казённых заводов и коммунальных структур оказывались вытесненными на задворки и вынужденными исполнять тупую и монотонную работу. В то же самое время начальствующие лица, которым время от времени приходилось давать отчёты о своей работе, в целях СОЗДАНИЯ ВИДИМОСТИ наличия у себя чего-либо УСПЕШНОГО И ПЕРЕДОВОГО, принимались НАЗНАЧАТЬ УДАРНИКОВ И ПЕРЕДОВИКОВ из числа наиболее угодливых работников. Такие "передовики", получавшие в помощь целые группы помощников и обеспечивавшиеся всем необходимым для осуществления указанных им работ, принимались СТАВИТЬ невиданные трудовые РЕКОРДЫ, КОТОРЫЕ выдавались за результаты их единоличного труда и на поверку ОКАЗЫВАЛИСЬ дутыми и НЕ ИМЕЮЩИМИ НИЧЕГО ОБЩЕГО С РЕАЛЬНОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ.

Единственной областью, в которой казённым структурам земледельческих государств удавалось ДОСТИГАТЬ хоть сколько-нибудь заметных  УСПЕХОВ, оказывалась СФЕРА ПРОИЗВОДСТВА ОРУЖИЯ. Происходило это по той причины, что представители других государств, которым удавалось развить у себя более передовые производственные технологии, видя для себя нараставшую опасность со стороны подобных своих соседей, в силу своих убеждений НИ ЗА КАКИЕ ДЕНЬГИ НЕ СОГЛАШАЛИСЬ им ПРОДАВАТЬ ОБРАЗЦЫ НАИБОЛЕЕ СОВЕРШЕННОГО ОРУЖИЯ своего времени. А так как для земледельческих государств подобный вопрос ОКАЗЫВАЛСЯ ВОПРОСОМ их ЖИЗНИ ИЛИ СМЕРТИ, их власти вольно или невольно оказывались ВЫНУЖДЕННЫМИ СОЗДАВАТЬ ОСОБЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ своего ВООРУЖЕНИЯ. Если в остальных сферах деятельности всё оказывалось пущенным на самотёк и приближалось к развалу, то здесь ПО ПРИЧИНЕ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТИ встававших ПРОБЛЕМ власти таких государств ОКАЗЫВАЛИСЬ ВЫНУЖДЕННЫМИ путём осуществления мобилизаций колоссальных усилий СОЗДАВАТЬ более или менее НОРМАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ РАБОТЫ И ЖИЗНИ занятых в ней лиц - в виде установления ответственности всех вместе и каждого в отдельности за результаты своей деятельности, справедливой оплаты труда, возможностей для проявления здоровой инициативы, а также недопущения случаев проявлений всего, идущего в разрез производственным интереса и препятствующего развитию дела.

Воцарявшаяся атмосфера всеобщего растаскивания и разворовывания втихую всего, что только оказывалось возможным, приводила властителей земледельческих государств к пониманию того непреложного факта, что если они не предпримут каких-либо немедленных и самых решительных шагов, направленных на изменение жизненных укладов своих подданных, то это окажется смерти подобным. Обнаруживая фактическую неспособность обеспечить на своих производствах выпуск чего-либо совершенного и передового, такие цари начинали видеть ВЫХОД ВО ВСТУПЛЕНИИ В АКТИВНЫЙ ТОРГОВЫЙ ПРОЦЕСС с представителями всех окружавших их государств. Принимаясь браться за его отладку и ЗАГОТОВКУ КАЧЕСТВЕННОГО СЫРЬЯ (почти единственное из того, что они могли предложить для отправок за рубеж), верховная власть начинала широко сталкиваться с тем фактом, что производители сельхозпродукции и представители всевозможных добычных артелей ВСЁ САМОЕ ЛУЧШЕЕ СТАРАЮТСЯ ОСТАВИТЬ У СЕБЯ, А В государственную КАЗНУ ОТДАТЬ ВСЁ наиболее ХУДШЕЕ, вполне справедливо ПОЛАГАЯ, ЧТО их ВСЁ РАВНО ОБМАНУТ ИЛИ ПРЕДОСТАВЯТ взамен ЦЕНТРАЛИЗОВАННЫМ ОБРАЗОМ вовсе НЕ ТО, ЧТО им больше всего НУЖНО. С другой стороны отправлявшиеся за рубеж большие группы торговцев, действовавших от имени своих государств, на путях своих следований и в местах прибытий начинали СТАЛКИВАТЬСЯ С разнообразными ПРОИСКАМИ своих КОНКУРЕНТОВ и нести из-за этого огромнейшие убытки. Быстро осознавая факт того, что наладить широкую торговлю с другими странами посредством отправок туда товаров со своими торговцами и приобретения там всего для себя нужного и потребного им врядли удастся, цари земледельческих государств принимались ВЫНАШИВАТЬ ИДЕЮ, суть которой состояла В ЗАЗЫВАНИИ к себе КАК МОЖНО БОЛЬШЕГО ЧИСЛА ИНОСТРАННЫХ ТОРГОВЦЕВ, которые бы САМИ СТАЛИ им регулярно ПРИВОЗИТЬ из своих стран ВСЁ САМОЕ ЛУЧШЕЕ И ПЕРЕДОВОЕ И таким образом СПОСОБСТВОВАТЬ ТОМУ, ЧТОБЫ всяческие ПРОБЛЕМЫ земледельческих государств СТАЛИ РЕШАТЬСЯ САМИ СОБОЙ.

Но зазвать большое количество иностранцев в глубь отдалённых от них земель с враждебно настроенным по отношению к ним населением оказывалось делом весьма непростым и возможным лишь посредством ОБЕЩАНИЯ им ОГРОМНЫХ ВЫГОД от такой торговли. Но для того, чтобы иностранные торговцы смогли получать максимум выгоды, им требовалось предоставить нечто до той поры неслыханное - ВПУСТИТЬ ВО ВСЕ УГОЛКИ СВОИХ ГОСУДАРСТВ И ПОЗВОЛИТЬ ТОРГОВАТЬ НАПРЯМУЮ (или минуя посредников в лице казённых ведомств и их доверенных представителей типа крупных промышленников из среды местного населения) с добытчиками или производителями тех или иных видов сырья и местной продукции. Помимо очевидных убытков для казны (ведомства которой лишались значительной прибыли, получавшейся до этого за счёт посредничества между иностранцами и кем-либо местным) подобные нововведения СОЗДАВАЛИ ШИРОКИЙ ПРОСТОР ДЛЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННЫХ РАЗВЕДОК, факт чего заключал в себе прямую угрозу для безопасности земледельческих государств. Стремясь обезопасить свои государства от всего нежелательного, их цари принимались издавать целый ряд указов, суть которых сводилась к следующим ключевым моментам. Для того, ЧТОБЫ иностранцы НЕ ИМЕЛИ ВОЗМОЖНОСТЬ КРУГЛОГОДИЧНО ВЕСТИ свои НАБЛЮДЕНИЯ за всеми процессами внутри земледельческих государств, их СЛЕДОВАЛО ВПУСКАТЬ НА достаточно НЕПРОДОЛЖИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ И исключительно В ОПРЕДЕЛЁННЫЕ СЕЗОННЫ ГОДА (обычно следовавшие за моментами завершения сборов выращенных урожаев). Для того, чтобы иностранцам было с кем торговать, ВРЕМЕННО ПОЗВОЛЯТЬ местным жителям СВОБОДНО ПЕРЕМЕЩАТЬСЯ после завершений сборов чего-либо выращенного и добытого. Для того, ЧТОБЫ иностранцам НЕ ОСТАВИТЬ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ДЛЯ ОБСЛЕДОВАНИЙ ВСЕХ УГОЛКОВ земледельческих ГОСУДАРСТВ, их ОБЯЗЫВАЛИ СЛЕДОВАТЬ ПО заранее ОПРЕДЕЛЁННЫМ ДОРОГАМ И ВЕСТИ ТОРГОВЛЮ исключительно В ПРЕДЕЛАХ СТОЛИЧНЫХ ЦЕНТРОВ И УКАЗАННЫХ им ГОРОДОВ (для того же, чтобы иностранцы не имели возможности далеко отклоняться от отмеченных им путей и увидеть то, что считалось не предназначенным для их глаз, усилиями команд специально отряжавшихся людей все ОСНОВНЫЕ ДОРОГИ ПОКРЫВАЛИСЬ РЫТВИНАМИ И КОЛЕЯМИ, а их обочины устилались колдобинами и пнями - из-за чего оказывалось невозможным съехать куда-либо в сторону для того, чтобы двинуться по бездорожью).

По причине возникновения реальной опасности того, что некоторые из артельщиков или крестьян, допущенных для ведения торгов с иностранцами, МОГУТ им СЛИШКОМ ДОВЕРИТЬСЯ И СБОЛТНУТЬ что-либо ЛИШНЕГО о том, о чём не следует знать чужакам, власти земледельческих государств через своих низовых представителей принимались ТИХОНЕЧКО НАШЕПТЫВАТЬ всем своим подданным СЛОВА о том, ЧТО ВСЯКИЕ, прибывающие к ним, ИНОСТРАНЦЫ (если не все, то через одного) на самом деле ЯВЛЯЮТСЯ ШПИОНАМИ, которые спят и видят, чтобы учинить им какую-либо пакость. Но так как иностранцы в то же самое время приносят земледельческим государствам какую-никакую, но пользу, которую пока не представляется возможным заменить чем-либо другим, то по отношению к таким чуждым для себя лицам следует ПРОЯВЛЯТЬ ГОСТЕПРИИМСТВО И ДРУЖЕЛЮБНЫЙ НАСТРОЙ. Такое гостеприимство должно было представлять собой УГОЩЕНИЕ ИНОСТРАНЦЕВ ВСЕМ САМЫМ ОТБОРНЫМ И ЛУЧШИМ с тем, ЧТОБЫ ПРОИЗВЕСТИ на тех ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ЧТО подобного ДОБРА здесь у всех НЕ МЕРЯНО И ХОТЬ ЗАВАЛИСЬ. Дружелюбный же настрой должен был проявляться В ВИДЕ НЕЗЛОБНЫХ ШУТОК И ВЫРАЖЕНИЙ чего-либо ЗАВЕДОМОГО ПРЕУВЕЛИЧЕННОГО В ОТВЕТ НА всё ТЕ ВОПРОСЫ со стороны иностранцев, КОТОРЫЕ ПРЕДСТАВЛЯЛИСЬ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫМИ ИЛИ НЕУДОБНЫМИ для дачи на них правдивых ответов.

В то же самое время прекрасно осознавая тот факт, что временно прибывающим иностранцам всё равно удастся находить среди местных людей таких, которые не смотря ни на какие указки со стороны властей, всё равно станут давать правдивые ответы по поводу всего, вызывающего чужой интерес, спецслужбы земледельческих государств принимались предпринимать соответствующие контрмеры. Суть подобных мер сводилась к идее СОЗДАНИЯ ВОКРУГ всего ПРОИСХОДЯЩЕГО ТАКОЙ ОБСТАНОВКИ, НА ФОНЕ КОТОРОЙ любая ПРАВДИВАЯ ИНФОРМАЦИЯ о тщательно скрывавшихся моментах внутренней жизни таких государств КАЗАЛАСЬ БЫ для всех посторонних ОТКРОВЕННЫМ ВРАНЬЁМ. Процесс создания подобной обстановки обычно представлял собой следующее. На окраинах тех городов, в которых было разрешено ведение торговли с иностранцами, путём привлечения государственных усилий принимались ВОЗВОДИТЬ наспех сколоченные и ярко расцвеченные городки ЯРМАРОЧНЫЕ ГОРОДКИ. У артельщиков и крестьян, весь год проводивших посреди смрада и непролазной грязи, от одного вида чего-либо подобного НАЧИНАЛО сразу ЗАХВАТЫВАТЬ ДУХ. Помимо самих расцвеченных сооружений прибывавшие окрестные люди во многих местах ярмарочных площадей обнаруживали большие ГРУППЫ РАЗНАРЯЖЕННЫХ АРТИСТОВ, набранных властью из числа народа, которые принимались РАСПЕВАТЬ ВЕСЁЛЫЕ ЧАСТУШКИ С ДВУСМЫСЛЕННЫМ И ДРАЗНЯЩИМ ПОДТЕКСТОМ, а рядом с ними ПРОДАВЦОВ дешёвых ДУДОК И яркоокрашенных СВИСТУЛЕК в виде всевозможных фигурок. Между артистами и продавцами то тут, то там СТОЯЛИ разные АТТРАКЦИОНЫ, В КОТОРЫХ МОГ ПОУЧАСТВОВАТЬ КАЖДЫЙ желающий и при известном умении и сноровке добыть себе в качестве приза красные сапоги или мохнатую шапку. Рядом с такими аттракционами РЕКОЙ ЛИЛАСЬ ВОДКА или медовуха, которая ПО чисто СИМВОЛИЧЕСКИМ ЦЕНАМ предлагалась всем желающим. Как только возле мест распродажи спиртного скапливалось достаточное число подвыпивших, среди них обязательно возникали какие-либо  спорщики, которые ПРЕДЛАГАЛИ РАДИ устроения наибольших ЗАБАВ СОЙТИСЬ СТЕНКА НА СТЕНКУ группам представителей каких-либо окрестных общин ИЛИ УСТРОИТЬ КУЛАЧНЫЕ БОИ между выставленными ими людьми и таким образом показать всем другим кто из них важнее и лучше.

Те из окрестных приезжих, которые не проявляли склонность к напиваниям в усмерть и участию в побоищах стенка на стенку, но зато были охочими до ЛЮБОВНЫХ УТЕХ, обращали своё внимание на  женские визги, без конца издававшиеся со многих сторон. Подходя поближе, они обнаруживали перед своими глазами вращавшиеся КАРУСЕЛИ или ИЗВОЗЧИКОВ, КАТАВШИХ всех желавших на своих лёгких санях или повозках ПО малому КРУГУ. Рядом с местами таких катаний обычно стояли  ГРУППКИ разнаряженных МОЛОДЫХ ЖЕНЩИН (всем своим видом изображавших лёгкое смущение), то к одной, то к другой из которых подскакивали ладные молодцы, чтобы ПРИГЛАСИТЬ ПОКАТАТЬСЯ на пару с собой, а под конец в знак признательности подарить что-либо нарядное (типа цветастого платка или блестящих бус). Перед теми приезжими, которые с нескрываемым интересом принимались поглядывать в стороны таких молодух, но никак не решались к ним подойти, непонятно откуда возникали говорливые и шустрые дедки из числа местных стариков, которые принимались их подбивать к проявлению активности, говоря что-либо типа : ну ты чего стоишь, не робей, будь мужиком, а не бабой. Клевавшие на подобного рода уловки (организовывавшиеся усилиями полицейских ведомств земледельческих государств) и приглашавшие покататься какую-либо из молодых женщин, обнаруживали, что подобные молодухи стремятся ПРИЛЬНУТЬ к ним ВСЕМ своим ТЕЛОМ, изображая из себя слегка испуганных процессом слишком быстрой езды или стремительных катаний. После того, как у подловленных таким образом приезжих начинала закипать кровь в жилах, приглашённые ими молодухи принимались вздыхать с изображением в своих лицах чего-либо совершенно ни на что не надеющегося и с завистью посматривать в сторону тех своих подруг, которым их кавалеры подносили какие-либо подарки, произнося вроде как для самих себя слова о том, что они готовы пойти на всё ради того, кто смог бы позволить им испытать минуты чего-либо сходного.

В ситуациях, когда любители женских ласк, шалевших от столь неожиданных для них проявлений чего-либо подобного, оказывались достаточно щедрыми на подарки и угощения, молодухи принимались ПРИГЛАШАТЬ их В СВОИ ЖИЛИЩА И ПРЕДЛАГАТЬ ПОЖИТЬ У СЕБЯ какое-то время. ИЗОБРАЖАЯ ИЗ СЕБЯ глуповатых и малопонятливых ДУР, СТРАДАЮЩИХ ОТ НЕДОСТАТКА МУЖСКОГО ВНИМАНИЯ, такие женщины каждый вечер под видом шутливых расспросов и проявлений чего-либо игривого брались УЗНАВАТЬ у своих сожителей о том, ЧТО те делали И С КЕМ ВСТРЕЧАЛИСЬ ЗА прошедший день. На самом деле будучи ПОЛИЦЕЙСКИМИ ОСВЕДОМИТЕЛЬНИЦАМИ, которые набирались из числа достаточно несчастных женщин, оказывавшихся бесплодными и неспособными рожать детей, они расселялись ПОД ВИДОМ МОЛОДЫХ ВДОВУШЕК по жилищам, специально приобретавшимся для них за казённый счёт, а затем принимались давать обширную информацию обо всех своих сожителях ежедневно являвшимся к ним представителям полиции. В ситуациях же, когда тем или иным из ничего не подозревавших сожителей удавалось вступить с иностранцами в достаточно серьёзные отношения (которые представлялись весьма нежелательными и способными причинить ущерб государственной безопасности) и они доверительно сообщал о фактах чего-либо подобного своим подругам, те ПУТЁМ ВЫРАЖЕНИЯ НА своих ЛИЦАХ КРАЙНИХ ИСПУГОВ ПРИНИМАЛИСЬ их ПРЕДОСТЕРЕГАТЬ ОТ столь ОПРОМЕТЧИВЫХ И НЕДАЛЬНОВИДНЫХ ШАГОВ, при этом сбрасывая с себя маски недогадливых дур и всем своим видом начиная демонстрировать достаточно глубокие познания о характерах деятельности прибывающих иностранцев.

Видя столь много всего для себя необычного и очень к себе манящего, окрестные артельщики и крестьяне ПОСЛЕ ЗАВЕРШЕНИЯ РАСПРОДАЖ всего ими доставленного ТУТ ЖЕ ПРИНИМАЛИСЬ ОТМАХИВАТЬСЯ ОТ ИНОСТРАНЦЕВ, обращавшихся к ним с какими-либо предложениями о продолжении знакомств И ПОВОРАЧИВАТЬСЯ В СТОРОНУ всего, КАЗАВШЕГОСЯ им гораздо БОЛЕЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫМ И ИНТЕРЕСНЫМ. Когда же кто-либо из участников подобных веселий начинал качаться от усталости и чрезмерного употребления доз спиртного, то подходившие к ним словоохотливые чужеземцы не могли добиться ничего, кроме малосодержательного трёпа и безудержных матов. Бесконечные лицезрения картин беспричинных веселий, диких буйств и беспробудного пьянства очень скоро начинало НАВОДИТЬ ИНОСТРАНЦЕВ, допускавшихся в земледельческие государства, НА невольную ДОГАДКУ о том, ЧТО ПОДОБНЫЙ БАРДАК там ТВОРИТСЯ ПОВСЕМЕСТНО И НА ПРОТЯЖЕНИИ ВСЕХ ВРЕМЁН ГОДА. Специально подсылавшиеся к ним лица охотно поддерживали подобные их догадки и в подтверждении своих слов принимались РАССКАЗЫВАТЬ АНЕКДОТИЧЕСКИЕ ИСТОРИИ из жизни своих государств, которые заблаговременно сочинялись для последующих передач всем недостаточно хорошо обо всём осведомлённым и попросту легковерным. Всё это очень скоро начинало приводить подавляющее большинство прибывавших иностранцев к мысли о том, что вся ЖИЗНЬ  земледельческих государствах ТЕЧЁТ не по, а ВОПРЕКИ всем ЗАКОНАМ НОРМАЛЬНОЙ человеческой ЛОГИКИ. Стремясь разобраться в особенностях такой ненормальной логики, иностранцы ещё более в ней запутывались и приходили к ВЫВОДУ О совершенной её НЕПОСТИЖИМОСТИ для всех здравомыслящих людей И ПРЕДНАЗНАЧЕННОСТИ исключительно ДЛЯ ДУРАКОВ. Берясь воспринимать подавляющее большинство населения земледельческих государств именно в данном качестве и находя его совершенно неспособным достичь в своей жизни чего-либо значительного и по-настоящему серьёзного, ловко обманутые и совершенно сбитые с толку ИНОСТРАНЦЫ ПРИНИМАЛИСЬ ПОДНИМАТЬ НА СМЕХ  любые СЛОВА ТЕХ немногочисленных представителей местного населения, которые ПЫТАЛИСЬ ПРОЛИТЬ СВЕТ НА ИСТИННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ДЕЛ в своих государствах И УКАЗАТЬ НА истинные МАСШТАБЫ их производившихся ВОЕННЫХ ПРИГОТОВЛЕНИЙ.

Но сразу же после завершения ярмарочных сезонов и выдворения подавляющего большинства впущенных иностранцев за территориальные пределы земледельческих государств их власти принимались вести себя по отношению к своему населению совершенно иным образом. В связи с временным отпадением необходимости кому-либо пускать пыль в глаза такие власти брались заявлять о том, что потехе час, а делу всё остальное время - ВВОДИТЬ строгие ЗАПРЕТЫ НА УСТРОЕНИЕ любых ВЕСЕЛИЙ И ВЫШИБАТЬ всю ту столичную ДУРЬ (самыми разнообразными методами, начиная от порки розгами, кончая введением уголовных наказаний за тунеядство), которая в течение достаточно непродолжительных ярмарочных сезонов успевала глубоко внедриться в умы и души множества простых людей, не желавших возвращения к серым трудовым будням и принимавшихся у себя на местах ИСКАТЬ всякие ПОВОДЫ ДЛЯ ПРОДОЛЖЕНИЯ ПРАЗДНИКОВ. В своём стремлении каким-либо образом оправдать столь непоследовательную линию своего поведения, бросавшуюся то в сторону поощрения вседозволенности, то в сторону наложения строжайших запретов на любые проявления всего того, что ещё вчера одобрялось и считалось вполне позволительным, власти земледельческих государств принимались СОЧИНЯТЬ идеологические МИФЫ НА ПОТРЕБУ ШИРОКИХ МАСС своего НАСЕЛЕНИЯ. Первым из таких мифов оказывался МИФ О ШИРОКОЙ ДУШЕ каждого из представителей земледельческих народов (якобы данной им от рождения), которой свойственно В СВОЁМ ПОВЕДЕНИИ ДОПУСКАТЬ разные КРАЙНОСТИ, но НЕ СО ЗЛА, А РУКОВОДСТВУЯСЬ исключительно БЛАГИМИ НАМЕРЕНИЯМИ (а если и ДОПУСКАТЬ в своих поступках что-либо НЕХОРОШЕЕ, то ПО ЧИСТОЙ СЛУЧАЙНОСТИ И ВИНЕ и основной вине кого-то для себя чуждого и ПОСТОРОННЕГО, который каким-либо хитрым способом смог сбить её (весьма наивную и совершенно ни в чём неповинную) с толку - типа бес попутал либо во всём виноваты иностранцы или евреи). Вторым из создававшихся мифов оказывался МИФ О САМОБЫТНОСТИ И ОСОБОМ ПУТИ РАЗВИТИЯ земледельческих народов, которые якобы всегда и во всём стремились вобрать в себя всё лучшее со всех сторон мира (и отринуть всё худшее) и таким образом всегда и во всём отыскивать некую золотую середину. На самом же деле всё это являлось ничем иным, как ОТРАЖЕНИЕМ НЕУВЕРЕННОСТИ В СЕБЕ, ВОЗНИКАВШЕЙ у представителей тамошних властей ИЗ-ЗА БОЯЗНИ ПРОГАДАТЬ или ошибиться В ПЛАНЕ ВЫБОРА для себя чего-либо ДАЛЬНЕЙШЕГО из многообразия всего им не вполне понятного и малознакомого.

С другой стороны стремясь не допускать роста притягательности всего иностранного в глазах подданных своих государств, их власти принимались всячески ВНЕДРЯТЬ В СОЗНАНИЕ широких МАСС МЫСЛЬ о том, ЧТО ИНОСТРАНЦЫ - при всём своём пристрастии к научным познаниям и созданию чего-либо передового - по сравнению с ними ЯВЛЯЮТСЯ НЕ ТАКИМИ УЖ И УМНЫМИ, особенно в плане всего чисто житейского и умения находить нестандартные решения в ситуациях созданий чего-либо крайне затруднительного (забывая при этом признаться в том, что в такие ситуации они обычно загоняют себя сами по причине своей склонности к проявлениям безалаберности и откровенной лени). Вполне сознательно рисуя иностранцев достаточно глупыми созданиями, плохо приспособленными к существованию в любых достаточно суровых условиях, власти земледельческих государств всякий раз желали таким образом сказать своим подданным что-либо типа : ПО своей СУТИ МЫ ни чем НЕ УСТУПАЕМ ИНОСТРАНЦАМ, А все ИХ УСПЕХИ И высокие ДОСТИЖЕНИЯ ОСНОВАНЫ почти ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА их ВЕЗЕНИИ. Из сказанного следовал вывод о том, что для того, ЧТОБЫ ПРЕУСПЕТЬ в своих делах НУЖНО ОСТАВИТЬ ВСЁ, КАК ЕСТЬ  (или повременить с осуществлением чего-либо дальнейшего) ДО того ТЕХ ПОР, ПОКА всё вокруг НЕ СЛОЖИТСЯ НАИБОЛЕЕ ПОДХОДЯЩИМ ОБРАЗОМ И уже ЗАТЕМ быстро НАВЕРСТАТЬ всё УПУЩЕННОЕ - за краткие мгновения оказаться впереди планеты всей.

Но подобное стремление к введению в заблуждение всего и всех и УСПОКОИТЕЛЬНОМУ САМООБМАНУ самих себя со стороны властей приводило к тому, что практически всё сферы жизни земледельческих государств оказывались ПУЩЕННЫМИ НА САМОТЁК. В то же самое время стремясь строить свою внешнюю политику с таким расчётом, чтобы к территориям их государств постоянно присоединялись как можно большие количества новых земель, их власти всё время НАРАЩИВАЛИ ЧИСЛО СВОИХ ПОДДАННЫХ или граждан в значительной степени ЗА СЧЁТ представителей совершенно не сходных с собой племён или так называемых ИНОРОДЦЕВ. Представители таких племён, некогда лишённые самостоятельности противниками земледельческих государств, во многих случаях принимались ВЫНАШИВАТЬ ИДЕИ СОЗДАНИЯ СВОИХ собственных (или МОНОНАЦИОНАЛЬНЫХ) и ни от кого не зависевших ГОСУДАРСТВ. Но так как достижение чего-либо подобного с точки зрения складывавшихся вокруг них условий представлялось им мало реалистичным, высшие круги представителей таких племён принимались ОЗАБОЧИВАТЬ СЕБЯ ПОИСКОМ таких СОЮЗНИКОВ, КОТОРЫЕ БЫЛИ БЫ почти целиком и полностью ПОГЛОЩЁННЫМИ САМИМИ СОБОЙ И НЕ ПРОЯВЛЯЛИ СТРЕМЛЕНИЙ ОСОБО ВНИКАТЬ В ВОПРОСЫ ИХ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ. Выражаясь более простым и понятным для всех языком племена подобных мошенников, ЗАЯВЛЯЯ О своём ЖЕЛАНИИ ВЛИТЬСЯ В РЯДЫ ПОДДАННЫХ властителей земледельческих государств И во всём ХРАНИТЬ им свою ВЕРНОСТЬ, ДЕЛАЛИ ЭТО совершенно НЕИСКРЕННИМ ОБРАЗОМ. Суть вынашивавшихся ими идей заключалась в том, чтобы ЖИВЯ своим УЗКИМ МИРКОМ и всячески обманывая далёкие от себя совершенно чуждые им власти Центра, СОСРЕДОТОЧИТЬ В СВОИХ РУКАХ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ БОГАТСТВ окружающего мира И РАЗЛОЖИТЬ ВЛАСТЬ НА МЕСТАХ, ЧТОБЫ затем ПОСЛЕ НАСТУПЛЕНИЯ давно НАЗРЕВШЕГО неожиданно ЗАХВАТИТЬ ВСЁ В СВОИ РУКИ И ЗАЯВИТЬ ОБ ОТДЕЛЕНИИ от тех, кто некогда согласился их у себя приютить и обогреть.

Развивая свою первоначальную активность В привычных для себя НАЦИОНАЛЬНЫХ ОКРАИНАХ земледельческих государств, КОТОРЫЕ ЯВЛЯЛИ собой СРЕДОТОЧИЯ ВОРОВСТВА И РАЗБОЯ, племена вышеуказанных мошенников принимались ЗАНИМАТЬСЯ СКУПКОЙ КРАДЕННОГО и добытого заведомо преступным путём. С одной стороны соглашаясь давать за всё сущий мизер, не сопоставимый с его реальной ценой, а с другой - проявляя готовность скупать его в любых количествах и в любое время суток, такие мошенники достаточно быстро ОБЗАВОДИЛИСЬ БОЛЬШИМ ЧИСЛОМ воровских и разбойных КЛИЕНТОВ, которые начинали обеспечивать им огромную прибыль. В свою очередь сами мошенники ПОСЛЕ НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫХ ПЕРЕДЕЛОК, ПОДНОВЛЕНИЙ И ИЗМЕНЕНИЙ ВНЕШНЕГО ВИДА скупленного ими краденого добра (с тем, чтобы его не могли опознать настоящие хозяева и предъявить каких-либо претензий продавцам и будущим хозяевам) БРАЛИСЬ ПЕРЕПРАВЛЯТЬ его ДЛЯ ПРОДАЖ В более БЛАГОПОЛУЧНЫЕ ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ОБЛАСТИ земледельческих государств. Быстро обеспечив себе первоначальные капиталы и накопив достаточно оборотных средств, общины представителей мошеннических племён ЗА ВЗЯТКИ принимались ПРИОБРЕТАТЬ для себя ДОКУМЕНТЫ, ДАВАВШИЕ им ПРАВО НА КРУГЛОГОДИЧНОЕ ПОСЕЩЕНИЕ ЛЮБЫХ ТЕРРИТОРИЙ в пределах впускавших их к себе земледельческих государств. Перемещаясь по разным местам такие мошенники в сфере всего коммунального и казённого везде и повсюду обнаруживали одну и туже картину : полную бесхозяйственность, помноженную на безбрежное море повседневного мелкого воровства. Без конца лицезрея всё это, наиболее сообразительные проходимцы подобного рода быстро приходили к выводу о том, что ГЛУПО РАЗМЕНИВАТЬСЯ НА разные МЕЛОЧИ и иметь дело с шайками ненавистных всем воров и разбойников, КОГДА ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ всякий раз КРАСТЬ ПО КРУПНОМУ при прямом содействии всеми уважаемых начальственных и должностных лиц.

Додумывавшиеся до этого мошенники принимались НАПРАВЛЯТЬСЯ ПРЯМИКОМ К ТЕМ должностным лицам казённо-коммунальной сферы деятельности, КОТОРЫЕ ЯВЛЯЛИСЬ ОТВЕТСТВЕННЫМИ ЗА ХРАНЕНИЕ БОЛЬШИХ ОБЪЁМОВ различных МАТЕРИАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ДЕМОНСТРИРОВАТЬ свою СПОСОБНОСТЬ СКУПИТЬ у них ВСЁ И СРАЗУ ПО СХОДНОЙ ЦЕНЕ. Должностные лица предложения подобного рода находили весьма заманчивыми - ведь провернув одно крупное дельце, они получали возможности по многу лет кряду жить в полном благополучии, не ударяя при этом даже пальцем о палец. Но в то же самое время указанные предложения казались таким лицам очень рискованными - из-за того, что кто-либо вышестоящий в любой момент мог устроить им проверку и выявить возникшие у них крупные недостачи. В связи со всем сказанным выше должностные лица, ответственные за хранение запасов материальных ценностей, чаще всего принимались ВЫРАЖАТЬ обращавшимся к ним представителям мошенников что-либо ДВОЙСТВЕННОЕ по своей сути. С одной стороны они в принципе были не против того, чтобы украсть всё имевшееся казённое добро и тайком передать его мошенникам, но с другой - соглашались пойти на что-либо такое при лишь условии, что такие мошенники ПОДСКАЖУТ им КАКИМ ОБРАЗОМ МОЖНО ИЗБЕЖАТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТИ за всё содеянного. В ответ на это представители мошенников, не моргнув глазом, принимались заявлять о том, что такие задачи представляются им проще простого. Для этого надо было по их словам опустить КОНЦЫ В ВОДУ - после того, как почти всё добро окажется тайком вывезенным из тех или иных складов и хранилищ, последние МОЖНО к примеру ПОДЖЕЧЬ темной ночью или ЗАБЛАГОВРЕМЕННО ДОВЕДЯ их ДО СОСТОЯНИЯ ВЕТХОСТИ, ПОДОЖДАТЬ ОБРУШЕНИЙ на них УДАРОВ какой-либо природной СТИХИИ, а можно ОСТАВИТЬ в них какую-либо ЩЕЛЬ ИЛИ ЛАЗ, ЧТОБЫ туда внутрь ПОВАДИЛИСЬ ХОДИТЬ мелкие ВОРИШКИ, которых в какой-то момент можно было СХВАТИТЬ И ПОВЕСИТЬ на них ВСЮ свою НЕДОСТАЧУ.

Вследствие того, что очень многие вороватые должностные лица принимались охотно усваивать подобного рода науку и всячески способствовать тому, чтобы помещения вверенных им складов и хранилищ как можно скорее оказывались доведёнными до ветхого и малопригодного состояния, ВСПЫШКИ ПОЖАРОВ И УДАРЫ СТИХИИ СТАНОВИЛИСЬ главным бичом и ПРИТЧЕЙ ВО ЯЗЫТЦАХ, упоминавшейся всякий раз, как только начинала заходить речь об обнаружении значительных недостач в казённо-коммунальной сфере земледельческих государств. Высшие представители их власти, не желая мириться со стремительными нарастаниями подобных явлений, принимались ВЫДАВАТЬ РАСПОРЯЖЕНИЯ О ВЫДЕЛЕНИЯХ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ СРЕДСТВ НА РЕМОНТНО-ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЕ ЦЕЛИ. Но так как ремонтно-восстановительные работы оказывались шедшими в разрез интересам вороватых должностных лиц, то последние принимались производить их С бесконечными ЗАДЕРЖКАМИ И ОСУЩЕСТВЛЕНИЯМИ чего-либо чисто КОСМЕТИЧЕСКОГО. Из-за того, что в результате подобного хода ремонтно-восстановительных работ, далеко не все предназначавшиеся для этого средства оказывались израсходованными, то обнаруживался факт значительной экономии. Прекрасно осознавая, что за такую "экономию" их врядли кто станет хвалить, вороватые должностные лица принимались её скрывать и пускать "на лево", получая в замен денежные эквиваленты присвоенного. А так как очень скоро выяснялось, что при "грамотном" ведение дел в сфере всего строительного и ремонтно-восстановительного также можно неплохо разжиться и обеспечить свою дальнейшую будущность, то в самом скором времени среди начальствующих лиц самых разных рангов начинало появляться всё большее количество таких, кто оказывался не прочь обогатиться именно таким образом. В свою очередь в скором времени это приводило к тому, что РАБОТЫ ПО СООРУЖЕНИЮ И РЕМОНТУ ОСНОВНОЙ МАССЫ казённо-коммунальных ОБЪЕКТОВ начинали ВЕСТИСЬ из рук вон ПЛОХО. Сами такие объекты ПРЕВРАЩАЛИСЬ В СРЕДОТОЧИЯ ЗИЯЮЩИХ ДЫР И наложенных ЗАПЛАТОК, которые от года к году поглощая всё большие и большие количества средств, функционировали всё хуже и хуже.

Но помимо лиц, ответственных за хранение казённых запасов и ведение строительных или ремонтно-восстановительных работ, в земледельческих государствах на местах имелось немалое количество других чиновников, которые ОТВЕЧАЛИ ЗА ВЫДАЧУ РАЗРЕШЕНИЙ НА ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ различных ПРОМЫСЛОВ НА ПРИЛЕГАЮЩИХ ТЕРРИТОРИЯХ и которым также ХОТЕЛОСЬ УРВАТЬ КУСОК ОТ ОБЩЕГО ПИРОГА. Корпорации разного рода мошенников и проходимцев, с одной стороны ощущая подобную их заинтересованность, а с другой - осознавая факт прогнившего состояния всей такой власти и узревая реальную возможность полностью подмять её под себя, принимались ЗА ВЗЯТКИ СКУПАТЬ такие РАЗРЕШЕНИЯ ОПТОМ И РЕШАТЬ ВСЕ ДЕЛА с артелями местных добытчиков и производителей сырья исключительно ПО СВОЕМУ УСМОТРЕНИЮ. Суть таких усмотрений обычно заключалась в следующем :  ЛИБО АРТЕЛИ из среды представителей местного населения СОГЛАШАЮТСЯ С УСЛОВИЯМИ новоявленных МОНОПОЛИСТОВ (продавать добываемое сырьё только им и никому другому и фактически за бесценок) ЛИБО ОСТАЮТСЯ НИ С ЧЕМ (не получат никаких участков для занятий своими промыслами) и погибают голодной смертью. Представителям тех местных артелей, которые НЕ ЖЕЛАЛИ СОГЛАШАТЬСЯ С столь ГРАБИТЕЛЬСКИМИ И НЕВЫНОСИМЫМИ УСЛОВИЯМИ своего ТРУДА, в складывавшейся ситуации не оставалось ничего иного, как ПРОМЫШЛЯТЬ ТАЙКОМ. В свою очередь общины пришлых мошенников и проходимцы, которые всё больше и больше НАЧИНАЛИ ОЩУЩАТЬ СЕБЯ ХОЗЯЕВАМИ ЖИЗНИ ЧУЖИХ для себя МЕСТ, оказывались вовсе не склонными к тому, чтобы терпеть покушения на свои монопольные права, покупавшиеся ими у продажных чиновников. Принимаясь сколачивать из числа своих приверженцев и сторонников вооруженные банды, оформлявшиеся под вид охранных отрядов, такие мошенники принимались ВЕСТИ ОХОТУ НА тех ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ МЕСТНОГО НАСЕЛЕНИЯ, которые принимались тайком проникать на отданные им промысловые участки И БЕЗЖАЛОСТНО тех ИСТРЕБЛЯТЬ ПРИ прямом ПОПУСТИТЕЛЬСТВЕ СО СТОРОНЫ заблаговременно ПОДКУПЛЕННЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ местной ВЛАСТИ.

Всё это очень скоро приводило к тому, что подавляющее большинство представителей взрослого населения самых разных мест, НАЧИНАЯ ОЩУЩАТЬ БЕЗВЫХОДНОСТЬ создававшейся ситуации, ПРИНИМАЛИСЬ ХВАТАТЬСЯ ЗА ВИЛЫ И ТОПОРЫ И все ВМЕСТЕ ИДТИ ГРОМИТЬ свою ПРОДАЖНУЮ ВЛАСТЬ И регулярно ПОДКУПАВШИХ ЕЁ ЧУЖАКОВ. Представители властей разных уровней от вида чего-либо подобного принимались ХВАТАТЬСЯ ЗА ГОЛОВУ  И СООБЩА ДУМАТЬ О ТОМ, НА КОГО МОЖНО было бы СВАЛИТЬ ВИНУ за всё так неожиданно для них возникшее. Советуясь какое-то время, они вскоре приходили к общему мнению о том, что ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА ВСЕХ их БЕД КРОЕТСЯ В ЧУЖАКАХ и пришлых людях. Подобный вывод основывался на том, что до того времени, пока чужаки не расселились в больших количествах по всем территориям, ЖИЗНЬ в их государствах ПРОТЕКАЛА СПОКОЙНЫМ ОБРАЗОМ - любой и ВСЯКИЙ ВОРОВАЛ каждый день ПОНЕМНОГУ И ВСЕМ ВСЕГО ХВАТАЛО. А вот КАК только ПОВАДИЛИСЬ к ним "ИНОРОДЦЫ", то ВСЕ как ПОБЕСИЛИСЬ И ПРИНЯЛИСЬ ХАПАТЬ БЕЗ ЗАЗРЕНИЯ СОВЕСТИ И ЗНАНИЯ МЕРЫ - СЛИШКОМ НАГЛЯДНЫМ для окружающих ОБРАЗОМ. Отсюда следовал вывод о том, что КАК ТОЛЬКО все ЧУЖАКИ ОКАЖУТСЯ ВЫСЕЛЕННЫМИ куда-либо ПОДАЛЬШЕ, ЖИЗНЬ ОПЯТЬ ВЕРНЁТСЯ В своё ПРЕЖНЕЕ СПОКОЙНОЕ РУСЛО. А чтобы не слишком отягощать себя проблемами решения того, кто из представителей племён "инородцев" является им лояльным, а кто вовсе не является таковых, власти тайно решали ОБЪЯВЛЯТЬ их ВРАГАМИ огульно или ВСЕМ СКОПОМ - в уведомительном порядке и без проведений каких-либо дознавательных мероприятий.

Ободряя себя выводами подобного рода, всеобщие собрания представителей власти земледельческих государств шли ещё дальше и приходили к мысли о том, что им ЛУЧШЕ ВСЕГО будет НЕ ПРОСТО ОБОЗНАЧИТЬ ОБЩИХ ВРАГОВ, А ВОЗГЛАВИТЬ ДВИЖЕНИЕ ПО ИХ ВЫСЕЛЕНИЮ, ИСТРЕБЛЕНИЮ И ПРЕВРАЩЕНИЮ В ГОСУДАРСТВЕННЫХ РАБОВ, чтобы таким образом НАВЕРНЯКА ОТВЕРНУТЬ ОТ СЕБЯ надвигавшуюся ГРОЗУ нараставшего НАРОДНОГО ГНЕВА и продолжать оставаться во власти. А так как изгнание "инородцев" и чужаков само по себе не добавляло порядка в жизнь пошатывавшихся земледельческих государств, то их власти на смену кому-либо прежнему принимались СТАВИТЬ ВО ГЛАВЕ ВСЕГО КОГО-ЛИБО крайне ЖЕСТОКОГО И БЕСЦЕРЕМОННОГО (типа Ивана Грозного или Сталина в условиях России или Гитлера в условиях Германии), который своей железной рукой сумел бы приучить всех и вся (как в своих государствах, так государства своих соседей, вопреки их воле принимавшимся предоставлять убежища племенам "инородцев") к дисциплине, порядку и безукоризненному исполнению своих обязанностей, а заодно надёжно перекрыть каналы распространения всех вредных влияний извне и таким образом не оставить возможности для возврата к взрывоопасным ситуациям не столь отдалённого прошлого.

Но догматичное и слепое исполнение любых указаний свыше, основанных на возбуждении страхов наступления чего-либо смертельного в случаях неисполнения, при некотором положительном эффекте на первоначальном этапе насильственно производившегося упорядочивания всех сфер государственной жизни очень скоро начинало приводить к тому, что все и вся принимались СТРЕМИТЬСЯ НЕ К РАЗВИТИЮ порученных им дел, А К ДОСТИЖЕНИЮ УСТАНОВЛЕННЫХ им ПОКАЗАТЕЛЕЙ, КОТОРЫЕ СВОДИЛИСЬ К чему-либо весьма УСРЕДНЁННОМУ И НЕ УЧИТЫВАВШЕМУ конкретных ОСОБЕННОСТЕЙ. В свою очередь всё это с одной стороны ПРИВОДИЛО К БЮРОКРАТИЗАЦИИ И ЗАФОРМАЛИЗОВАННОСТИ в управлении, а с другой - К ЦЕНТРАЛИЗОВАННОМУ УКРУПНЕНИЮ всего мелкого И ГИГАНТОМАНИИ. Но управление крупными производствами оказывалось невозможным обеспечить без умения всё ТОЧНО РАССЧИТЫВАТЬ И ПРОГНОЗИРОВАТЬ на много лет вперёд, а их эффективность - без СОЗДАНИЯ И ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ВСЕГО СЕРИЙНОГО И ВЫСОКОТЕХНОЛОГИЧНОГО. А так как наличия сколько-нибудь серьёзного опыта в данных вопросах в силу всего, уже описанного выше, просто не было и быть не могло, то в таких условиям верховным властям земледельческих государств не оставалось ничего иного СБАВЛЯТЬ ОБОРОТЫ АППАРАТОВ своих РЕПРЕССИВНЫХ МАШИН И мало-помалу ОБРАЩАТЬСЯ К ПЕРЕДОВОМУ МИРОВОМУ ОПЫТУ в указанных сферах. Но учащение связей со всем иностранным с неизбежностью приводило к постепенному притоку в земледельческие государства не только тех знаний и промышленных образцов, которые представлялись их властям необходимыми, но и таких, в которых они видели вред и с проникновением которых оказывались вынужденными так или иначе мириться, прекрасно осознавая ток факт, что перекрывая путь последним, они с неизбежность перекроют его и так необходимым им первым.

Но само по себе знание различных технологии технологий никогда не являлось гарантией успеха - такие ЗНАНИЯ И ТЕХНОЛОГИИ ТРЕБОВАЛОСЬ активно ВНЕДРЯТЬ В повседневную ЖИЗНЬ. А это требовало предприятия целенаправленных и непрерывных усилий по пути чего-либо однажды выбранного и определённого. В свою очередь давно выработавшиеся национальные привычки властей и граждан земледельческих государств (типа : всё время двигаться по пути наименьшего сопротивления, предпринимать сколько-нибудь решительные шаги лишь при виде чего-либо очень явного или неотвратимого, бросаться в сторону того, что сулит наибольшую выгоду с точки зрения дня сегодняшнего и не обращать совершенно никакого внимания на всё то, что является перспективным с точки зрения будущего, никогда не возражать своему начальству и всё время говорить ему в тон) очень скоро делали вполне очевидным тот факт, что своими собственными силами они не смогут справиться с решением столь грандиозных задач. Для этого им требовалось ПРИВЛЕКАТЬ ИНОСТРАНЦЕВ (как отдельных специалистов, так и иностранный капитал) И таким образом ВСЁ ШИРЕ и шире РАСКРЫВАТЬ ПЕРЕД всем ИНОСТРАННЫМ свои ДВЕРИ. Но по настоящему заинтересовать иностранцев в открытии и развитии своих дел в совершенно непонятных и диковатых с их точки зрения странах, заметно выделявшиеся среди всех прочих безудержностью своих размахов и элементарной необязательностью в осуществлении любых своих делах, можно было лишь путём ПРЕДОСТАВЛЕНИЙ им чего-либо ОЧЕНЬ ВЫГОДНОГО И НЕ ТРЕБОВАВШЕГО с их стороны БОЛЬШИХ ВЛОЖЕНИЙ. Всё это приводило к тому, что земледельческие государства принимались наводняться главным образом представителями мошеннического капитала, который везде и повсюду принимался ВНЕДРЯТЬ или заводить СВОИХ АГЕНТОВ, ЧЕРЕЗ ПОДСТАВНЫХ ЛИЦ АКТИВНО СКУПАТЬ местные СЫРЬЕВЫЕ РЕСУРСЫ И пользуясь попустительством со стороны подкупленных ими чиновников БЕСПРЕПЯТСТВЕННО ВЫВОЗИТЬ их ЗА РУБЕЖ, не неся при этом каких-либо особых издержек. А дальше всё опять шло по уже описанному сценарию. Народ, будучи доведённым до отчаяния создававшимся безвыходным положением и продажностью своей власти, принимался браться за вилы и топоры и отправлялся громить кого-либо ему ненавистного. Представители власти в столь экстренной ситуации оказывались вынужденными ЗАНИМАТЬСЯ ОТЫСКАНИЕМ ОБЩИХ ВРАГОВ и обрисовыванием их кровожадных образов, на которых можно было бы направить безудержный народный гнев и таким образом ОТВЕСТИ УДАР ОТ СЕБЯ.

Постоянные метания между двумя крайностями - откровенной ненавистью ко всему иностранному и повышенной строгостью по отношению к самим себе и впадением в безудержные эйфории в надежде того, что придет какой-либо и решит их проблемы за них при проявлении полной безответственности со своей стороны - таким является каждый очередной цикл истории для наиболее типичных земледельческих государств. Если же говорить о ком-то конкретном, то в качестве таковых можно назвать Древнюю Грецию, Германию вплоть до 50-х годов XX века, бывшую Югославию и те республики, которые возникли на её обломках, ну и само собой разумеется Россию, но рассматриваемую не на уровне её центра, а взятую в масштабах местной власти (типа губерний или областей).

В завершении же всего следует отметить тот факт, что власти подавляющего большинства государств современного мира давно отошли от практики использования только какой-либо одной из описанных здесь классических схем оказания идеологических противодействий проявлениям всего для себя чуждого и нежелательного как внутри, так и за пределами своих территорий. Чаще всего их политика оказывается сочленённой из элементов каждой из них, но взятых в разных пропорциях и сочетаниях конкретных моментов, состав которых в свою очередь зависит от накопленного исторического опыта и характера тех конкретных проблем, которые встают перед ними в те или иные моменты  времени.

0 коммент. :

Отправить комментарий

Для того, чтобы ответить кому-либо, нажимайте кнопку под автором "Ответить". Дополнительные команды для комментария смотрите наведя мышку на надпись внизу формы комментариев "Теги, допустимые в комментариях".

Тэги, допустимые в комментариях